Одна из старейших пословиц, «язык до Киева доведёт», приобретает сегодня особенно мрачный смысл, если вспомнить, что глухое противостояние тамошних противников и сторонников того и этого перешло в активную стадию сразу после заявления об «отмене» русского языка на территории одного государства.

Теперь об этом успели подзабыть, и весь сыр-бор, спешно перешедший в трагедию, объясняют очень общими, сознательно размытыми причинами более практичного свойства. На самом деле, детонатором к великому разделению и немедленно последовавшей за ним бойне послужил именно языковый фактор, вспомните: русский объявили языком non grata и немедленно вслед за этим встал Донбасс…

Нет, в этом тексте речь вовсе не об Украине, а о Франции трагических событий пятницы 13 ноября 2015 года. Но речь эта тоже начинается с языка и пойдёт именно о нём.

Политика, как известно, вершится прежде всего языком и только после — жестом. Поэтому умелое употребление, равно как и намеренное умолчание любого термина в публичной сфере имеет решающее значение. А промедление может действительно оказаться смерти подобным.

К этой реальности мало прислушивается и приглядывается обыватель средней информированности, но о ней прекрасно осведомлены и тщательно её отслеживают профессиональные аналитики и толковые журналисты.

В нескончаемых радио-дискуссиях и теле-дебатах, наполняющих эфир с прошлой пятницы почти не замеченным проскользнуло интересное лингвистическое наблюдение: в своём официальном обращении к народу, где, как водится, должен быть тщательно просчитан эффект каждого слова, г-н Президент ни разу не употребил термины «исламизм», «радикальный ислам» и «исламистский». Без оных, казалось бы, никак, но он обошёлся. И это вовсе не случайность, а намеренный, хорошо спланированный тактический ход.

Г-н Президент употреблял термин «ИГИЛ»*, и только «ИГИЛ». Рядовые обыватели средней информированности, из коих, как известно, в подавляющем своём большинстве состоит масса избирателей, этот термин недавно выучили и теперь хорошо знают, что любой мерзости теракт исходит от ИГИЛа. Что, собственно, и требовалось внедрить и закрепить в их сознании.

Чтобы и теракты, и разной степени злодеяния, и даже сама идея халифата, захвата чужих мозгов и территорий ни в коем случае (спаси, Аллах!) не ассоциировалась с исламом, радикальным исламом, исламистами и муслульманами в целом.

Совершенно хладнокровно и верно просчитанный ход. Каллиграфически вписанный в общую фреску разрушения европейской цивилизации, добровольно принимающей яд через катетер политкорректности. В программе: всепроникающая исламизация, с её бессменным сопровождающим — антисемитизмом.

Первые, поначалу мало заметные и быстро заглушаемые симптомы: прогрессирующая деградация национального образования, снижение уровня изучения и качества употребления родного языка, постепенная отмена изучения языков иностранных; намеренное обезличивание истории страны и её культурных традиций, неуважение и насмешка над «вечными христианскими ценностями».

Новый мировой порядок нуждается в цивилизации бессвязной, беспочвенной, и бескультурной: там всё равноценно и равно безразлично «цивилизируемому», кроме необходимости подчиняться «цивилизатору», без сомнений и эмоций.

Иначе говоря, смирение. А далее, собственно, и говорить не о чем — одним этим словом всё сказано. Но только для имеющих уши и ещё не изъеденные паразитами мозги…

На данном этапе, необходимо «подчиниться без извилин» именно той политике, в том числе, миграционной, которую решило проводить действующее правительство и от которой оно не намеренно отказываться. Во имя ценностей демократических, всех вместе и каждой в отдельности. Народу следует хорошо усвоить: в настоящей бойне и будущей резне виноват «ИГИЛ», к «исламу», как таковому, отношения не имеющий.

Фактически, как и ожидалось, ничего нового к прежней демагогии французского соц. правительства речь г-на Президента не добавила и никаких ощутимых изменений во внешней и внутренней политике страны ожидать, конечно, не следует.

Заявления всех официальных лиц можно с уверенностью сгруппировать в один большой и плоский, простите, блин, который, как всегда — комом: хорошо знакомые любому бывшему советскому человеку лозунги «взвейтесь, да развейтесь, выполним-перевыполним, сплотимся и никому не позволим»…

Гораздо короче и яснее выразилась лидер Национального Фронта Марин Ле Пен, методом великолепной точечной бомбардировки, где все, без исключения, основные объекты были указаны с ужасающе неполиткорректной точностью, на однозначно не цветистом, но не терпящем эвфемизмов языке:

— немедленное и безаппелляционное закрытие всех радикальных мечетей, где каждую пятницу и даже в интервале откpыто ведётся пропаганда радикального ислама и звучат недвусмысленные призывы к уничтожению неверных,

— лишение французского гражданства для всех без исключения боевиков радикального ислама и их немедленная высылка из страны,

-восстановление и действительная, а не номинальная, охрана государственных границ, без которых никакая безопасность в стране достигнута быть не может — ни личная, ни территориальная.

Этот последний пункт должен быть особенно «приятен» монументальным деятелям Евросоюза…

Г-жа Ле Пен так обильно и с таким блеском употребляла в своём коротком выступлении вышеупомянутые термины, жгущие язык г-ну Президенту, что вся телевизионная «политкоректь» поторопилась отметить «позитивный момент» в её речи и оттянуть внимание именно на него: г-жа Ле Пен, впервые за долгий период, не начала своего выступления с прямой атаки на Месье Олланда, а «подтвердила необходимость единения нации»…

Остаётся добавить, что, конечно же, ни один из вышеперечисленных пунктов в речи Марин Ле Пен в ближайшее время реализации не подлежит. И не будет реализован до тех пор, пока власть в стране держат в своих рукопожатных ладошках французские социалисты.

Но самый неприятный и непонятный момент в том, что вопреки бытующему мнению, после случившегося, социалисты рискуют удержать бразды — кому правления, кому бесправия — ещё на один катастрофический срок и окончательно лишить страну возможности приподняться. Дело в том, что (как показывает удивительная практика, ещё не до конца изученная аналитиками), после подобного рода терактов, рейтинги властьдержащих, вместо ожидаемого падения в пользу радикальных партий — удивительным образом растут.

Знаете вы, что после атаки на Шарлей поднялся казавшийся окончательно «лежачим» рейтинг Олланда?..

Некоторые аналитики объясняют это тем, что ошеломлённое население, умело призванное «единиться» (так!) с кем следует, на подсознательном уровне начинает тянуться к действующему «ключнику», заведующему отмычками всех благ…

Не берусь оценить, насколько верно такое утверждение. Не скрою, как хотелось бы, чтобы на этот раз оно дало сбой.

Реально верю в действенность только чуда или катастрофы. Но думаю, что вещи всегда следует называть своими именами и особенно в экстренных ситуациях, чтобы тот самый язык, ведущий, кого до Киева, кого до Майдана, а кого и прямо в пекло международного терроризма, оказался надёжным навигатором.
_______________________

*Деятельность организации запрещена в России решением Верховного суда РФ.

Главный редактор парижского литературного альманаха «Глаголъ».

Похожие материалы

Не уничтожив самым радикальным образом всё созданное человеческой культурой за последнюю...

Откровенно говоря, я бы не хотел жить под "железной пятой" Великого Инквизитора. Тем более что в...

Националисты вполне объяснимо не поддерживают западнорусские идеи, но часто это отсутствие...