Лакей Павел Федорович Смерядков – персонаж у Достоевского весьма любопытный и не совсем простой. Герои Достоевского – убийцы и самоубийцы – вообще редко являются проходными персонажами, тем более те, из них кого писатель наделяет той болезнью, от которой страдал сам – а именно падучей. До Смердякова эпилептиками в романах писателя выступали либо положительные герои – князь Мышкин и девочка Нелли из «Униженных и оскорбленных», либо герои сумрачные и странные, наделенные загадочным обаянием – Мурин из «Хозяйки» и Кириллов из «Бесов».

Одна и та же идея духовного перерождения и конечного единения доминировала как в египетских культовых практиках, так и в сложной неоплатонической мысли. Неудивительно, что модернизм полностью отвергает этот вид сакраментальной философии и вместо этого представляет свой собственный способ объяснения вещей и навязывания редукционистских идеологических фантазий.

Интеллигенция была буквально пропитана идеями революции, желанием революции, в которой она видела свое предназначение и была готова жертвовать ради нее тысячами жизней лучших своих представителей. Вожди интеллигенции и ее лидеры были настоящими воинами по натуре.


Выбор редакции

Осмысление Литвы: евразийские заметки

Не только руководство РФ и Беларуси, но и российское и...

Максим Медоваров

Выбор редакции

Май 2020

10 мая 1940 года Уинстон Черчилль получил должность...

Моргана Девлин

Несмотря на трагическую провальность опыта сменовеховства, оно сегодня представляет для нас большой интерес как первая значимая попытка гражданского примирения красных и белых. Да, сменовеховцы недооценили убеждённость, догматичность, упёртость и радикализм коммунистов – во многом потому, что брали в рассмотрение преимущественно лишь социально-политические, идеологические и социально-экономические факторы.

Массовое сознание склонно видеть в выдающихся исторических личностях – неважно, «героях» или «злодеях» – каких-то полубогов, которым чужды страсти, привычки и пороки обычных людей, у которых, скажем так, никогда не болел живот. У Пушкина живот болел и неоднократно.

Демократия - это смерть и разрушение, ибо это узаконение истребления иерархии естественной, то есть натуральной, природной, то есть Богом установленной. Это стремление возвести низшее до высшего. Вернее, наоборот: низвести высшее к низшему.