События на Украине, воссоединение Крыма с Россией, война в Новороссии,  т.е. начало русской Ирреденты, воссоединения расчлененного русского народа, конфликт между Россией и Западом, поляризация общества, расколотого на патриотов-державников и либералов-космополитов, известная маргинализация последних в политическом и информационном поле сделали тему русской и российской  национальной идентичности одной из центральных для современного политического класса и академических кругов.

Значительная часть общества и элит начинает осознавать русский вопрос как один из ключевых, от разрешения которого зависит дальнейшее существование России.

***

В ходе предвыборной кампании 2012 г. Президент Путин прочно ввел в политическое поле несколько важных идей. Так, он заявил, что для России национальный вопрос носит фундаментальный характер, а его решение является одним из главных условий дальнейшего существования самой Российской Федерации. В трактовке Президента Россия – уникальная полиэтническая цивилизация (отмечу, что он начал использовать этот термин, наряду с привычным, но научно некорректным термином «многонациональный народ»), скрепленная русским культурным ядром, а «русский народ является государствообразующим (курсив мой — А.М.) – по факту существования России»[1].

Дав определение русским как государствообразующему народу, Путин тем самым создал необходимые условия для обсуждения вопроса. Дело в том, что в конституции РФ упоминания о русском народе отсутствуют, в официальных декларациях этнические русские по-прежнему не рассматриваются как самостоятельный субъект, чьи интересы государство должно учитывать, юридически у них нет национальной территории. У других этносов эти атрибуты есть. К примеру, в конституции Татарстана записано: «Настоящая Конституция, выражая волю многонационального народа Республики Татарстан и татарского народа» (курсив мой — А.М.)[2] способствует сохранению и развитию исторических, национальных и духовных традиций, культур, языков». Можно привести аналогичные формулировки из Конституций других национальных республик.

Следующим серьезным шагом в осмыслении «русского вопроса» в официальном дискурсе стала программная речь Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на XVII Всемирном Русском Народном Соборе (2013 г.). Главной темой его выступления оказался русский вопрос и межнациональные отношения. В частности, Патриарх заявил о необходимости ясно и недвусмысленно признать, что «симфония этносов, которая придает нашей цивилизации неповторимый облик, невозможна без участия в ней русских. Диалог народов, призванный внести гармонию в межнациональные отношения, не достигнет цели без присутствия в нем русских голосов, русского фактора». 

Фактически Патриарх констатировал, что позиция русского большинства зачастую игнорируется, что глухота власть имущих к интересам и чаяниям миллионов русских, нежелание искать совместные решения проблем чрезмерной миграции и связанного с ней криминала, а также подчас вызывающего поведения приезжих уже сейчас выводят ситуацию на грань критической черты. Замалчивание русского вопроса имеет следствием лавинообразный рост маргинальных и агрессивных проявлений.

Кроме того, Патриарх подчеркнул: отчуждение русских от государства и руководства бизнесом, т.е. власти и собственности, может стать крупнейшим фактором нестабильности, несущим угрозу фундаментальным основам нашей цивилизации[3]. Представляется, что Патриарх озвучил мысли русского большинства жителей нашего государства.

В марте 2014 г. в, без преувеличения, исторической Крымской речи Президента Путина содержались важнейшие положения, имеющие прямое отношение к русскому вопросу. Так, он упомянул о «Русском мире» – надгосударственном и надэтническом сообществе, насчитывающем около трети миллиарда русскоязычных людей, т. е. почти каждого двадцатого жителя планеты, объединённом причастностью к русской цивилизации и приверженностью к русскому языку и культуре. В речи Президента был еще один принципиальнейший тезис – в результате Беловежского соглашения (правильнее было бы называть его сговором, по аналогии с Мюнхенским в силу трагичности его последствий) «миллионы русских в одночасье оказались национальными меньшинствами в бывших союзных республиках, а русский народ стал … самым большим разделённым народом в мире (курсив наш — А.М.)»[4].

Следующим этапом осмысления русского вопроса на высшем уровне стало выступление Святейшего Патриарха Кирилла на XVIII Всемирном русском народном Соборе (2013 г.). Патриарх акцентировал внимание на том важном обстоятельстве, что  в 1990-е группой ученых и политиков постулировалось искусственное противопоставление «русского» и «российского», причем чиновники получали неафишируемые указания не использовать в публичных выступлениях и официальных документах слово «русский» – как якобы ослабляющее единство нации. Т.е. российская идентичность образца 1990-х годов, по сути дела, исключала русскость.

Патриарх высказал два принципиальных соображения:

— «русский народ является не то что полноправным, но важнейшим субъектом национальных отношений в России, и его национальные интересы должны не игнорироваться, а с максимальным вниманием учитываться для достижения гармонии с интересами других национальных общин».

— «подлинное русское национальное самосознание, основанное на нашей культурной и религиозной традиции, не угрожает целостности России и межнациональному миру в ней, а наоборот – выступает главным гарантом единства страны и дружбы между ее народами»[5].

Выступление Патриарха ознаменовало полный разрыв с либеральным подходом к решению «русского вопроса». Ведь либеральная точка зрения заключалась не просто в его замалчивании, но и, зачастую, в активном подавлении русского национального самосознания, и даже трактовке его как мифического «русского фашизма».

***

Несмотря на очевидный прогресс, верховная власть явно запаздывает с осознанием того, насколько опасно для внутренней и внешней политики недооценивать значимость «русского вопроса». Для понимания всей его остроты приведем некоторые очевидные факты. Социальные и военные катаклизмы XX века привели русский народ к тяжелейшему кризису.

— В результате Первой мировой войны, революции, гражданской войны, красного террора, коллективизации, репрессий пострадали, в первую очередь, русские. Речь идет о массовом физическом уничтожении и вынужденной эмиграции. Практически полностью была уничтожена складывавшаяся более тысячелетия русская политическая элита. Ни один из ее представителей не вошел в состав большевистской номенклатуры. Был утрачен уникальный слой, обладавший колоссальным управленческим опытом. В огромной мере судьбу политической элиты разделили представители военной, научной и культурной элит. Около двух миллионов человек оказались в первой волне эмиграции.

— На протяжении первых пореволюционных десятилетий проводилась откровенно русофобская политика, когда слова «русский» и «патриотизм»  выступали синонимами «контрреволюции». С середины 1930-х годов более «мягким» способом подавления традиционной русской идентичности стал «советский патриотизм».

— Русская церковь, русская история, традиционная русская культура – основные инструменты русской идентичности – подвергались беспощадным гонениям и запретам в течение десятилетий. Обращение к традиционной русской культуре, преподавание и изучение русской истории в редуцированной форме, препарированной с соответствии с догмами марксизма-ленинизма, возобновилось лишь с середины 30-х годов. Дозированное сотрудничество с Православной церковью началось лишь на втором этапе Великой Отечественной войны. В любом случае, вплоть до так называемой «перестройки» все вышеупомянутые важнейшие факторы национальной идентификации могли существовать в СССР лишь в ограниченном и изуродованном виде.

— Русские понесли наибольшие потери в ходе Второй мировой войны, возникла «вторая волна» эмиграции, а «русская партия» в ВКП (б), сформировавшаяся в военные годы, подверглась практически полному уничтожению в ходе так называемого «ленинградского дела». Аналогов подобного погрома в других республиках не было.

— Как сейчас становится ясным, национальная политика коммунистического государства объективно была направлена на раскол русского народа. Большевики в целях политического самовыживания и исходя из доктрины мирового революционного процесса по сути дела заключили союз с национал-сепаратистами. Были созданы квазигосударственные образования УССР, БССР, а значительная часть исконно русских территорий вошла в состав Казахстана. В этих республиках, наделенных всеми основными атрибутами государственности, на всем протяжении советского периода велась политика «перекодирования» русских, смены их национальной идентификации. Она происходила в разных формах, от жестких до мягких, но никогда не прекращалась. «Перекодирование» осуществлялась через систему преференций по национальному признаку, соответственную языковую, культурную и кадровую политику. Разумеется, все эти процессы происходили в рамках социалистической идеологии и под контролем партийно-государственных органов. После 1991 г. социалистическая оболочка была отброшена, и сформировавшиеся националистические элиты, при активной поддержке Запада, начали процесс нациестроительства, основанный на русофобии. Особенно интенсивно он пошел на Украине, но не надо испытывать иллюзий, подобные же процессы идут как в Казахстане, так и в Белоруссии. Именно эти процессы представляют, как показал исторический опыт, наибольшую угрозу для русского народа. Кроме того, после 1991 г. в результате Беловежских соглашений примерно 30 млн. русских оказались за границами РФ.

— Русские в большинстве своем оказались беззащитны перед лавиной проблем, обрушившихся на них в 1990-е гг. Веками они решали эти проблемы не через общинную или диаспорную организацию, сформированную по кровно-родственному признаку, а посредством государства. В результате, если государство игнорирует или недостаточно внимательно относится к их интересам, русские существенно проигрывают малым этносам, имеющим длительный опыт самоорганизации. Возможностей политического, экономического, информационного, правового лоббирования своих интересов у большинства этнических русских почти нет. Русские не имеют эффективных инструментов давления на безнациональную бюрократию, выросшую в традициях советского интернационализма и новорусского космополитизма. Нет сколько-нибудь эффективных политических партий и общественных организаций, за исключением Всемирного русского народного Собора, которые формулировали и отстаивали этнокультурные интересы русских (попытки создания таких организаций успешно подавлялись либералами, использующими жупел мифического «русского фашизма», характерный пример – судьба партии «Родина» в 2006 г.).

— В результате гайдаровско-чубайсовских реформ абсолютное большинство русских было исключено из приватизации, оказавшись в категории так называемых «бюджетников» — они выполняют важные государственные функции, но практически лишены сколько–нибудь значимой собственности и вынуждены довольствоваться преимущественно нищенскими зарплатами (учителя, медики, ученые, инженеры и т.д.). Графики роста зарплаты не должны вызывать иллюзий, значительная часть русских едва сводит концы с концами. В социальном плане они в наибольшей степени затронуты процессами люмпенизации, поражены такими болезнями, как алкоголизм и наркомания.

— Идет процесс депопуляции русских. Те частичные, «тактические» успехи, которые демонстрируются нам последние несколько лет, не слишком убедительны, если вспомнить, что с начала XX века русское население Российской империи прирастало ежегодно на миллион (!) человек.

— Сейчас фактически начался процесс замены коренного славянского, финно-угорского и тюркского населения, составляющих ядро русской цивилизации, мигрантами. Складываются замкнутые национально-религиозные общины, которые отказываются не только ассимилироваться, но даже и адаптироваться. Этот процесс болезненно воспринимается русским большинством.

Итак – существуют мощные исторические причины, которые обусловили современное крайне слабое русское национальное сознание и слабую русскую национальную идентичность. Без устранения и преодоления этих причин формирование здоровой русской и российской идентичности невозможно.

***

Какой же выход предлагает верховная власть? Как минимум:

— Интенсифицировать процесс формирования нации и самоидентичности путем повышения роли таких предметов, как русский язык, русская литература, отечественная история.

— Государственная политика в области культуры должна задавать поведенческие образцы и нормы. Ее инструментами должны выступать телевидение, кино, Интернет, массовая культура в целом[6].

В дополнение к этим мерам Русская Православная Церковь настойчиво предлагает усилить религиозную компоненту в образовании.

Таким образом, верховная власть возлагает надежды, в первую очередь, на систему образования, средства массовой информации, учреждения культуры и т.д. Однако надо смотреть правде в глаза. Система образования по-прежнему разрушается со всех сторон. Ее характерные черты: нищенское финансирование и соответствующие зарплаты, бездарные учебные программы и учебники, необходимость предоставлять гомерическое количество отчетов, справок, графиков, планов, не дающих времени и сил учителям проводить занятия, перегруженность школьников ненужными предметами, отсутствие элементарной дисциплины и возможности ставить объективные оценки (за неудовлетворительные оценки учителей наказывают). Система ЕГЭ привела к тотальной коррупции и разрушению образованности как таковой. Все больше и больше школьников старших классов просто не умеют удовлетворительно читать и писать и в жизни не прочитали ни одной книги.

До сих пор, несмотря на дискуссию о едином учебнике новой концепции истории и т.д., история Россия в учебниках, созданных авторами либеральной и лево-интернационалистской ориентации, подается как история некой многовековой болезни, которую надо лечить радикальными модернизационными средствами по западноевропейским рецептам. Затем подобный контингент поступает в ВУЗы, у которых также возникают системные проблемы, по своей остроте и качеству мало чем отличающие от проблем средней школы: резкое ухудшение качества абитуриентов и студенчества, финансирование по остаточному принципу, унизительно низкие зарплаты профессорско-преподавательского состава, стремительное старение его основной массы и многое другое. Никакого здорового национального самосознания, национальной идентичности нынешние школа и университет по определению не могут сформировать. В этой сфере нужны серьезные изменения, поворот к действенной модели национального образования и воспитания.

Что касается средств массовой информации, которые по мысли Президента должны способствовать проведению адекватной национальной политики, то большинство из них по-прежнему занимают позицию, сформированную в 90-е годы. Пусть в не столь откровенной форме, как тогда, но, тем не менее по сей день в них явно доминируют кадры, убежденные в том, что «термин «русский» нас разъединяет», а «принятие Православие – трагедия для России». Вряд ли СМИ в том виде, в каком они функционируют сейчас, могут способствовать формированию национальной идентичности, скорее, наоборот. Мало удалить из массового информационного поля наиболее одиозные фигуры, десятилетиями проводящие русофобские взгляды, необходимо, чтобы, как минимум, ключевые должности в этой сфере заняли высокообразованные, талантливые, патриотически настроенные редакторы и администраторы.

В сфере культуры, как массовой, так и «элитарной», мы, увидев в начале 2014 года эстетически блистательную церемонию открытия Олимпиады (ведь можем же, когда захотим!), по-прежнему наблюдаем «апофеоз» пошлости, навязывание различных форм девиантного поведения, откровенное предпочтение западноевропейской культуры собственным образцам. Конечно, именно в этой сфере произошли некоторые изменения к лучшему: началась вполне успешная борьба с «актуальным искусством» a l? Гельман, откровенной порнографией, использованием ненормативной лексики, но мы явно находимся лишь в начале пути и убедительного «перелома» здесь не достигнуто.

Что же касается введения религиозной компоненты в школьные программы в факультативном порядке, то можно констатировать, что на данном этапе либеральная и левая общественность фактически заблокировали подобную практику.

Тем не менее, есть и факты, свидетельствующие о позитивных сдвигах в современном русском национальном самосознании.

— Осознано, что русские являются крупнейшим в мире разделенным народом. И что Ирреденту, процесс национального воссоединения русских, не остановить никакими санкциями и холодными войнами. Если потребуется, он будет идти десятилетиями, как в свое время, при Иване Калите, Дмитрии Донском и Иване Великом! Впрочем, социальное время сейчас резко ускорилось…

— Властью и обществом также наконец-то воспринят, но пока еще глубоко и системно не осмыслен факт, что в Российской Федерации русские составляют примерно 82 % населения (а это означает, что русских больше, чем евреев в Израиле, при этом Израиль считается образцом моноэтнического государства, при наличии 20 % палестинцев). Игнорировать это обстоятельство в прежнем советском псевдо-интернационалистском стиле более невозможно – события в Крыму и Новороссии невероятно подстегнули процессы русской национальной идентификации.

— Некогда влиятельные политики и эксперты, которые замалчивали и искажали русский вопрос, трактуя его исключительно как «проявление русского фашизма», жестко подавляли рост национального самосознания, нейтрализованы и маргинализованы событиями на Болотной, на Майдане, в Крыму и в Новороссии, жесткой русофобской линией объединенного Запада.

— Есть сильнейший запрос на адекватную национальную политику. Но пока наметились лишь некоторые ее контуры. Наиболее важные, ключевые программные заявления на этот счет делают Президент и Патриарх. Подавляющее большинство крупных игроков пока отмалчивается. Но отмолчаться у них не получится, ибо все наиболее острые аспекты межнациональных отношений и того же русского вопроса уже сформулированы и ждут своего решения, «процесс пошел», и его уже не остановить.

Теперь – о российской идентичности. Ход истории объективно ведет РФ к созданию государственности на основе российской идентичности, ядром которой должны стать общегосударственный русский язык,  традиционная русская и мировая культура, общегосударственная концепция истории, в которой основную роль сыграл государствообразующий народ.

Подобный сценарий отнюдь не предполагает подавление национально-культурной идентичности других этносов, напротив, их культурные достижения должны органически включаться в общероссийскую идентичность, обеспечивая ее «цветущую сложность» (К. Н. Леонтьев). Только таким и никаким другим путем можно создать эффективную российскую идентичность.

Другой вопрос, что не-русские национальные идентичности должны развиваться на основе собственных высших культурных достижений и видения истории, которые исключают русофобию и возможность возникновения и оформления сепаратистской идеологии. При этом формирование общероссийской идентичности должно стать приоритетом на всей территории Российской Федерации, должно быть отражено прежде всего в школьных и университетских программах, в политике средств массовой информации, в культурной политике. А для этого явно необходимо изменение Конституции, исключающей сейчас наличие государственной идеологии.

Пока же Российская Федерация в плане национального устройства и понимания национальной идентичности представляет собой редуцированную, усеченную ленинско-сталинскую модель СССР, с искусственными внутренними границами и национальными республиками, увы, чреватую в условиях кризиса распадом в результате роста этнического сепаратизма, как это произошло с советским государством в 1991 г.

Государство и общество, зиждущиеся на российской идентичности,  возможны, когда отдельные граждане, как и регионы, будут обладать равными политическими и экономическими правами, что предполагает соблюдение реального равноправия в политической, экономической, правовой, культурной сфере. Говоря иначе – соблюдение элементарных пропорций. Если мы строим правовое демократическое государство – значит, власть должна учитывать и формулировать и русские интересы, а не только голоса влиятельных национальных диаспор и корпоративных лоббистов. Будет в России хорошо русскому большинству – будет хорошо и всем другим этносам. Современная власть должна усвоить уроки русской истории: при полном равнодушии русского народа государство, игнорирующее интересы этого самого народа, «слиняло в три дня» (выражение В.В. Розанова) в феврале 1917 г. и в августе 1991.


[1] Владимир Путин. Россия: национальный вопрос: http://www.ng.ru/politics/2012-01-23/1_national.html (дата обращения: 12.02. 2015).

[2] Конституция Республики Татарстан от 6 ноября 1992 г. (с изменениями и дополнениями): http://constitution.garant.ru/region/cons_tatar/chapter/1/#block_100000.

[3] Слово Святейшего Патриарха Кирилла на XVII Всемирном Русском Народном Соборе: http://www.vrns.ru/news/2237/#.VNzZWDVn3iE.

[4] Обращение Президента Российской Федерации18 марта 2014 года: http://www.kremlin.ru/news/20603.

[5] Слово Главы ВРНС, Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла на XVIII Всемирном Русском Народном Соборе: http://www.vrns.ru/news/3393/#.VNzW8DVn3iE

[6] Владимир Путин, Россия: национальный вопрос // http://www.ng.ru/politics/2012-01-23/1_national.html (дата обращения: 12.02. 2015).

Доктор исторических наук, доцент исторического факультета Воронежского государственного университета, специалист в области русской общественной мысли, руководитель Центра по изучению консерватизма в Воронежском государственном университете

Похожие материалы

А.П. Бородину удалось создать образ талантливого, решительного, энергичного, работоспособного,...

Богословскую сердцевину либерализма составляет наиболее радикальное из возможных отвержение...

Главным фактором рекрутирования в высшую элитную прослойку на Западе может считаться наличие...