Конфликт исполнительной и законодательной властей в Севастополе чем дальше, тем больше перетекает в телеэфир. Помимо федеральных и общекрымских каналов в городе вещают три собственных телевидения: «Первый севастопольский» канал, Информационный канал Севастополя (Икс-ТВ) и Независимое телевидение Севастополя (НТС).

«Первый севастопольский» в настоящий момент находится в ожидании смены собственника – один из его совладельцев бизнесмен Алексей Черников, по сообщениям местной прессы, продал долю своих акций некоей структуре, близкой компании «Ростелеком». В связи со сменой акционера ожидаются изменения в сетке вещания канала и, вероятно, более четкое его позиционирование в период избирательной кампании в Заксобрание города. До последнего времени «Первый севастопольский», скорее, находился вне основного конфликта.

Владельцем НТС официально является частное лицо, и позиция этого канала в целом соответствует позиции большинства Законодательного собрания.

Губернаторская сторона попыталась создать свой собственный медиахолдинг на базе основанного Севастопольской телерадиокомпанией Народного канала Севастополя.  Он был переименован в ИКС-ТВ, который неприятели губернатора тут же переименовали в Х-ТВ. Пока канал конкуренцию с противниками проигрывает.

«Прекрасное начало дней» Дмитрия Овсянникова было ознаменовано появлением в городе и городском правительстве немалого числа именитых москвичей, которые были призваны придать Севастополю привлекательный для федеральной аудитории и серьезных инвесторов медиа-образ. Советником губернатора по работе с общественностью стал известный московский политтехнолог Андрей Перла, департамент приоритетных проектов возглавил бывший соратник Сергея Кириенко по работе в Приволжском федеральном округе Сергей Градировский. Последний, правда, недолго пробыл в этой должности, пав жертвой хорошо разыгранной провокации. А Перлу сменил тесно связанный с компанией «Ростех» и пиар-фирмой «Апостол» Олег Беркович.

В связке с Берковичем медийно облагораживать Севастополь прибыли московские журналисты Татьяна Дружняева и Алексей Папченя. Их задача состояла в том, чтобы сделать из города такую лакомую «медиа-конфетку», подчеркнув позитивные стороны его нынешнего развития и максимально приглушив все недостатки. Об этих своих неосуществившихся надеждах на создание «Канала мечты» сама Татьяна Дружняева рассказала в одноименных мемуарах, вышедших в октябре 2018 года он-лайн на ее телеграмм-канале с характерным названием «Понаехавшая».

Из книги следует, что отношения нового руководства канала с губернатором и его сторонниками в Заксобрании сложились не лучшим образом. В «Канале мечты» автор излил весь свой журналистский гнев на «застенчивого», «нелюдимого» и не телегеничного Дмитрия Овсянникова, который, по признанию Дружняевой, ничего не понимал в телевизионном бизнесе и требовал от журналистов участия в раздуваемых им самим бессмысленных скандалах и склоках с депутатами.

К осени 2018 года все именитые москвичи покинули администрацию города, в которой первую скрипку стал играть молодой спец по приватизации, вице-губернатор Илья Пономарев. В этот период все великие идеи о превращении Севастополя в «третью столицу» уже развеялись как сон, а вместе с ними ушли и «грезы» о привлечении федеральной аудитории к каналу ИКС-ТВ. Канал стал специализироваться на тех самых внутренних скандалах, от которых так хотела остаться в стороне Дружняева, стремившаяся представить материковой России немного «глянцевый» Севастополь.

В итоге, финансирование канала стало главном поводом для бюджетной войны в декабре 2018 года между ветвями городской власти. Депутаты упорно не хотели выдавать на бесперспективный и загубленный канал запрашиваемые Овсянниковым и Пономаревым 104 миллиона (в дополнение к уже потраченным в предыдущие годы 800 млн.) и потребовали от власти ограничиться 64 млн. На это Пономарев вроде бы сказал: «Что 20, что 60, все равно не хватит», и администрация радикально срезала тележурналистам расходы, оставив «канал мечты» в полуразваленном состоянии — с устаревшим оборудованием, неуютным помещением и не слишком привлекательными спикерами.

Исполнительная власть своим странным самоумалением подала ясный сигнал центру, что собственных сил и ресурсов на ведение избирательной кампании против нелояльной региональному начальству части депутатской фракции «Единая Россия», у нее на данный момент нет. Если центр не поможет деньгами, политтехнологами, разумными советами, то в конце 2019 года в городе возникнет полностью неуправляемый городской парламент с устойчивым оппозиционным большинством.

Но, похоже, помощи не будет.

В настоящий момент центр сам находится в непростой ситуации, поскольку то, что происходит в Севастополе, как в капле воды отражает общероссийскую ситуацию. Только в российском случае «молодого технократа» зовут не Дмитрий Овсянников, а Дмитрий Медведев, но рейтинги обоих политиков вполне сопоставимы. Полагаю, дело не в восприятии россиянами личности Медведева, а в отношении к антисоциальному курсу его правительства.

Однако в других регионах страны пока нет популярных и мощных частных оппозиционных телекомпаний, подобных севастопольской НТС. Эпоха частного регионального телевидения, начавшаяся примерно в 1990-м году, в целом завершилась, и финальную точку поставил в этой истории уход из эфира в январе 2015 года томской компании ТВ2. История была нашумевшая, и московская либеральная общественность хорошо о ней осведомлена, тем более, что два месяца назад, в ноябре 2018 года, на сайте радио «Свобода» был выложен документальный фильм «Аномалия», посвященный 20-летней истории ТВ2.

В послужном списке этого канала и трансляция августовских событий 1991 года, и временный альянс с Михаилом Ходорковским, и идея акции «Бессмертный полк», и, наконец, не вполне лояльное российской власти освещение киевского Майдана. Последнее, по всей видимости, и стало той каплей, которая переполнила чашу терпения властей, которые определенными манипуляциями добились прекращения эфира ТВ2. До этого времени примерно аналогичная судьба постигла аналогичные региональные проекты, пользовавшиеся поддержкой международной сети Internews, – красноярский канал «Афонцево», «Четвертый канал» в Екатеринбурге. Власть в эти годы строила медиа-вертикаль не менее жестко, чем вертикаль административную.

Основания поступить с ТВ2, как она поступила, у власти, несомненно, были. Нужно быть очень наивным человеком, чтобы не понимать — канал, поддерживающий антироссийский бунт в сопредельной республике, не замедлит поспособствовать аналогичным событиям в самой России. Терпеть региональный аналог гусинско-киселевского НТВ в сердце Сибири власть не собиралась и понять ее мотивы можно.

Но эта история имеет и иной аспект: ТВ2 отрабатывало ведь не только либеральную федеральную, но и региональную повестку, оно боролось с нерадивыми чиновниками за капитальный ремонт в домах сельских жителей и за своевременную уборку снега на дорогах города. Ушло ТВ2, и с руководителей области уже никто не может столь авторитетно спросить за состояние дел в этом субъекте федерации.

Касаясь любой общественно-значимой темы в России, мы всякий раз сталкиваемся с одной и той же дилеммой, важнейшей для понимания ситуации и в Севастополе, и в стране в целом: дозволительно ли заплатить суверенитетом за силу гражданского общества, или же, наоборот, следует принести все это заведомо «антинациональное гражданское общество» в жертву суверенитету.

Уже десять лет Россия спорит только и исключительно на одну эту тему. Посмотрите все наши федеральные ток-шоу: все обсуждаемые на них частные вопросы можно редуцировать к одному: выбору между суверенитетом и демократией. Патриоты за суверенитет, либералы за демократию, коммунисты – тоже за суверенитет, но в обязательном сочетании с социальной справедливостью.

Автор этих строк относит себя к тому не слишком многочисленному течению общественной мысли в России, которое исходит из постулата о бессмысленности и бессодержательности ценностей суверенитета и демократии в их полном отрыве друг от друга. В конце концов, речь идет просто о разных аспектах свободы – внешнем и внутреннем. Вне перспективы удержаться на одном из них, теряет свой смысл и другой.

Много ли проку в свободе от, условно говоря, Америки, если ты ничего не можешь поделать с произволом своего градоначальника, систематически обворовывающего казну?

А много ли стоит право выгнать взашей вороватого руководителя, если вся политика твоей страны целиком и полностью определяется людьми по ту сторону государственной границы, повлиять на которых у тебя нет ни малейшей возможности?

Когда-то Александр Солженицын сокрушался по поводу раскола российского общества на демократов и патриотов; он не понимал, почему в российской политики ценности демократии и патриотизма вдруг вступили друг с другом в войну. Сегодня мы знаем ответ: война этих ценностей обусловлена простотой постсоветского социума, в котором фактически нет иных опор для внутренней свободы, кроме как в виде дружеского спонсорства из-за границы. Если за твоей спиной не маячит НАТО, Госдеп и международная общественность, зачем считаться с тобой?

Значение Севастополя как политического феномена состояло в неожиданном свидетельстве в пользу того, что подобная опора для гражданского общества на местах все-таки может сложиться. И без видимой поддержки «внутреннего» и внешнего Запада. Можно быть безусловным патриотом своей страны и своего города и вместе с тем не гнуться под местное начальство и властную вертикаль. На примере Севастополя мы можем делать выводы, что нужно для возникновения данного феномена.

Нужно сочетание трех факторов: 1) сильного гражданского самосознания и локального, городского и в то же время национального, 2) ориентированного на жизнь в России, а не на бегство из России интеллектуального класса, 3) независимого производительного бизнеса, системно вписанного в российский и городской контекст.

В случае удачного синтеза этих начал начинают работать те самые институты, на которые у нас обычно молятся российские либеральные экономисты, но от которых они чаще всего брезгливо отворачиваются в том случае, если эти институты начинают слишком буквально понимать букву закона, как это делал Конституционный суд в октябре 1993 года.

Разумеется, ситуация была бы намного проще, если бы и верховная власть сознавала свою заинтересованность в том, чтобы региональное гражданское общество, во-первых, представляло собой какую-то всамделишную силу, а, во-вторых, чтобы стояло оно все-таки на патриотических, а не на антигосударственных позициях. Увы, похоже, ни той, ни другой потребности у власти не обнаруживается.

Что касается внутреннего плюрализма, то, как сказал в интервью РI политолог Алексей Макаркин, стремление развивать и сохранять внутренний плюрализм в регионах наблюдалось у федерального центра только в 1990-е годы, когда столица еще могла опасаться региональной фронды. Как только властная вертикаль была выстроена, и губернатор стал «государевым слугой» в регионе, надобность в противовесах на местах в виде, в том числе и оппозиционных, СМИ отпала.

Как говорит в вышеупомянутом фильме «Аномалия» Владимир Познер, эпоха независимого регионального телевещания России закончилась. Это в самом деле так, но по мере усиления фактора неопределенности в выборах на местах эта эпоха может и вернуться.

Уже сейчас видно, как непросто складываются отношения трех губернаторов, избранных во Владимирской области, Хакасии и Хабаровском крае на протестной волне, с местными провластными телекомпаниями. Кажется, владимирский телеканал «Губерния 33» все-таки с трудом удалось заставить работать в согласии с новым главой региона, а вот в Хакасии ситуация пока иная, потенциально конфликтная.

Если тенденция на неопределенность сохранится в этом году, и естественный тренд на новую регионализацию не будет искусственно прерван, скорее всего, нас ожидает новый расцвет местной тележурналистики. Политические СМИ бурно развиваются только в условиях политической конкуренции, и нельзя исключить, что сейчас мы входим в период ее нового витка.

В регионах выходит наружу, проявляется вся та клановая подковерная борьба, за которой внимательно следят  читатели телеграм-каналов. Следовательно, то, что сейчас нам кажется «севастопольской аномалией», возможно, в ближайшее время станет приметой жизни многих российских регионов.

 

Первая версия текста опубликована на севастопольском сайте ForPost: https://sevastopol.su/point-of-view/epoha-nezavisimogo-regionalnogo-televideniya-mozhet-i-vernutsya

Историк философии, политолог, доцент философского факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова.
Председатель редакционного совета портала "Русская идея".

Похожие материалы

Словом, сейчас Россия, как тот бывший муж, что пропал куда-то на четверть века, снова старается...

Вадим Михайлович Межуев - человек-эпоха. Так о нем, соболезнуя, написали многие. Ведь, подобно...

И в советские, и в постсоветские времена Вадим Михайлович был в оппозиции господствующему...