Испанская пресса о речи Путина на Генеральной Ассамблее ООН

Испанские СМИ к реакции на речь президента России на Генеральной Ассамблее ООН подходили осторожно. С одной стороны королевство, спрятавшееся от остальной Европы за Пиренейским гребнем, очень хорошо помнит Гражданскую войну прошлого века, советских интернационалистов, пароходы с испанскими детьми, отправлявшиеся в СССР подальше от рвущихся снарядов и яростно трещащих пулеметов. С другой стороны – Испания член ЕС, НАТО и, в общем-то, участник названных альянсов дисциплинированный. То есть — подчиняющийся командам из Брюсселя и Вашингтона, в герои не стремящийся, пока не позовут, и в случае откровенных провалов «товарищей по партии» на их костях плясать не стремящийся. По лицам корреспондентов телеканалов из Нью-Йорка во время прямых включений их отношение к тому, что, а главное, как высказали Путин и Обама, читалось гораздо яснее и проще, чем можно было это выудить из их отрывистых скороговорок, произносимых на камеру.

Американский президент на трибуне выглядел бледно, но ругать его команды так и не поступило. Хвалить же российского лидера было нельзя, но очень хотелось и потому, хотя и в весьма завуалированной форме, восхищение речью Путина со страниц испанских газет и интренет-порталов все-таки прозвучало.

Тон оценкам задала испанская редакция ВВС, на правах старшего евросоюзного товарища разразившаяся заголовком «Как удалось Владимиру Путину превратиться из парии в центральную фигуру международной политики».

С первых слов от текста сразу повеяло цезаревым, эпическим: «Пришел, увидел и… продемонстрировал разумность своих идей. И, в конце концов, победил — в символическом соперничестве с другими главами государств, приехавших на Ассамблею. Русский лидер, несомненно, исполнил одну из главных ролей на открытии 70-й сессии ГА ООН, и важность для мира этой фигуры впоследствии подтвердил президент Соединенных Штатов, проведший с Путиным полтора часа в личном общении…

И хотя лидеры двух стран не по всем пунктам сошлись во мнении относительно сирийского кризиса, ключевой момент не в этом. А в том, что Запад признал, что не может себе позволить такую роскошь, как игнорирование России».

Далее этот тезис был развернут аргументировано:

«Своим вмешательством в процесс решения проблемы САР, Путин сумел одним махом пробить барьер дипломатической изоляции России, возведенный после аннексии Крыма. Москва укрепила свое присутствие на Ближнем Востоке, развернув свои вооруженные силы в нужном месте быстро и эффективно.

Путин выглядел и звучал, как мировой лидер, чувствующий в себе силу, и подал себя как защитника международного права и мира».

El Pa?s в комментариях «Москва воспользовалась сирийским кризисом, чтобы покончить со своей маргинализацией» постаралась быть сдержанной и осторожной, но намек на восхищение предложениями Москвы и формой их подачи все же ощущался.

«Эксплуатируя стремление государств к объединению перед угрозой, исходящей от Исламского Государства*, Россия рассчитывает урегулировать международные проблемы, спровоцированные ее интервенцией на Украину в 2014 году – сначала в Крым (аннексирован Москвой), а позднее – в Донбасс, который превратился в зону затяжного конфликта, унесшего уже 8000 жизней.

С позиции Кремля, Исламское Государство* – это глобальная угроза, а кризис на Украине – локальный конфликт на постсоветском пространстве, где Москва берет на себя особую ответственность.

Политика России на Украине вызвала у Запада недоверие, теперь Запад должен решить, сможет ли он войти в антитеррористический альянс, предлагаемый Кремлем, и суметь при этом найти какую-то логику сочетания одновременного доверия и недоверия к России».

Размышляя о том, как будут разворачиваться события после исторической речи российского президента, журналисты El Pais пишут:

«Путин может сейчас вернуться в мировую политику как протагонист, как ядро, как авангард глобальной коалиции против сил мусульман-террористов. Он уже нанес эффективный удар, выделив проблему Сирии, как главную и показав, что готов составить альянс и не с западными странами. Путин подчеркнул, что виновниками событий, происходящих в Сирии и на севере Африки является Запад с его политикой экспорта демократических революций, которые завершаются разрушением государств… Путин отметил, что не следует ждать, пока волна терроризма докатится до границ Европы, а следует разбить врага в Сирии. И это, как он сказал, является главным мотивом, подтолкнувшим его к оказанию помощи Асаду».

Одна из самых читаемых и авторитетных газет страны, El Mundo, вышла со статьей «Путин настаивает на создании глобальной международной коалиции для Сирии, такой, как в свое время была создана против Гитлера».

«Лидер, выступая с речью на Генеральной Ассамблее, подчеркнул, что ключевыми государствами-участниками глобальной антитеррористической коалиции должны быть мусульманские страны. Не сотрудничать с законным правительством Сирии было бы огромной ошибкой, добавил «Царь», особо выделив при этом, что только правительственные войска и формирования курдов-северян реально противостоят сейчас ИГ*».

В этой цитате бросаются в глаза два момента. Она – первый абзац статьи в El Mundo, газете, которую заподозрить в нежных чувствах к России и ее президенту  даже в мечтах было бы некорректно. Так вот термин «лидер» (вообще стартовое слово текста) не сопровождается здесь ни каким-нибудь поясняющим прилагательным (российский, русский, восточный и т.д.), ни фамилией человека, этим термином обозначенного. Допускаю, что либеральное сообщество, если оно, конечно, сподобится прочесть этот обзор, закричит, что его автор выдает желаемое за действительное, но  любой мало-мальски образованный психолог подтвердит мою мысль о том, что в приведенной выше цитате из испанского издания мы имеем дело с оговоркой по Фрейду. Испанцы (не берусь утверждать, нарочно или нечаянно) признали мировое лидерство президента России, не заявив об этом впрямую и не рискуя потому навлечь на себя гнев «вышестоящей организации».

Это первый момент. А второй – употребленное слово «Царь», которое в тексте выглядит благодарственным поклоном тому, кто, в конце концов, собрался навести порядок в общемировом доме, где многие об этом говорят, но дальше сотрясания воздуха речами не двигаются. Еще одна оговорка по Фрейду.

«Путин уверен, что Исламское Государство* не возникло вдруг ниоткуда, он указывает на то, что ИГ* – продукт экспорта революций, осуществляемого Соединенными Штатами. По мнению Путина революции не принесли прогресса, но увеличили прослойку нищеты и бедности в этих странах и фактически привели к анархии».

«Завершая свою речь, Путин сказал, что именно ООН, должна быть универсальным инструментом, с помощью которого можно преодолевать моменты турбулентности в мире», — с явным одобрением пишут испанские журналисты. Похоже, что в дискуссиях о возможном реформировании системы ООН, которые ведутся с подачи немецкого бундесканцлера Ангелы Меркель, испанские журналисты на стороне российского лидера.

La Vanguardia увидела, что речь Путина произвела впечатление на Обаму. Настолько серьезное, что во встрече двух президентов лицом к лицу им удалось добиться «Больше согласия, чем может показаться»

«Они встретились в жестко спланированной протоколом обстановке, где, казалось, нет места каким-то нюансам, отклонениям и шероховатостям, способным что-то подсказать сторонним наблюдателям. Четко промеренное расстояние, которое каждому нужно преодолеть, точно рассчитанное количество шагов, официальная фотография, на которой Путин, как имеющий рост меньше, чем Обама, помещен слева. Никаких нарушений. И все же даже в этих условиях президенты сумели продемонстрировать свои особенности поведения: суровые взгляды у обоих при сближении, а затем Обама, как лучше усвоивший язык жестов, протягивает руку первым. Путин напускает на лицо улыбку…»

Лирическое вступление к серьезному политическому материалу опять-таки наталкивает на оговорку по Фрейду, в приведенном абзаце содержащуюся, но комментировать ее уже – индивидуальное дело каждого читателя. И испанского, и российского.

«Украинский вопрос, вернувший в Европу климат холодной войны, исчез, растворился в воздухе по причине появления более серьезной – сирийской – проблемы. Под угрозой нашествия джихадистов два лидера, хотя и продемонстрировали расхождение во мнениях по различным пунктам возможного сотрудничества, все же нашли точки соприкосновения. И гораздо больше, чем это может показаться на первый взгляд.

США не возражают против участия России в операциях против ИГ*, не стремятся преодолеть вето, в свое время наложенное Москвой в Совете Безопасности на резолюцию против режима Дамаска. Вашингтон не протестует против переброски в Сирию российских «Су – 24» и «Су – 30», он смирился с присутствием русских военных в Латакии. Обама уже не настроен категорично на отстранение Башара Асада от власти, хотя в своей речи на ГА ООН придерживался иного мнения. Американскому президенту не нравится предложение России по сколачиванию коалиции из Ирана, Сирии, Египта, Турции и Саудовской Аравии против ИГ*(европейцы, таким образом, остаются за бортом), но он понимает, что повлиять на ситуацию уже не может».

Реакция La Republica на речь российского президента наиболее раскована. Что, в общем-то, ожидаемо: La Republica – «газета защитников трудового народа», проще говоря, коммунистическая, и для нее Россия все еще остается Советским Союзом, флагманом борьбы с империализмом и всем, что к нему прилагается. В заголовок своего материала, посвященного выступлению российского президента в Нью-Йорке, испанские коммунисты вынесли, естественно, фразу, моментально включенную всем миром в список афоризмов главы РФ: «Путин: «Вы хоть понимаете, что вы натворили, создавая конфликты на Ближнем Востоке?!»

«Владимир Путин не стал опускаться до уровня своих политических противников. Не стал использовать трибуну ООН для сведения каких-то счетов с некоторыми лидерами государств, вступавших до него и пытавшихся оболгать его страну. Он был точным в формулировках, говорил о приоритете закона, легитимности власти, соблюдении принципов ООН при решении любых конфликтов и предложил создать глобальную коалицию, которая противодействовала бы проявлениям терроризма в интересах мирового сообщества и под эгидой ООН, а не по прихоти каких-то отдельных государств».

La Republica оказалась единственным испанским СМИ, позволившим себе такую роскошь, как видео с речью Путина, размещенное на своей интернет-странице.

Считать, что Запад смирился с самостоятельной и во многом отличающейся  от него во взглядах на мир Россией, пока рановато, но не замечать того, что Москва продуманным упорством в проведении своих идей все же постепенно добивается признания, нельзя.  

_______________________

*Деятельность организации запрещена в России решением Верховного суда РФ.

Историк, журналист. Собственный корреспондент журнала «Недвижимость и цены» в Испании

Похожие материалы

Очевидное исчерпание потенциала существующей парадигмы уже давно является предметом обсуждения...

За позавчерашний день я прослушала и просмотрела такое густое и плотное количество подобных...

Почти все американские СМИ пестрят заголовками «Bernie Can’t Win» - «Берни не сможет победить»....