Завершилась трудная, мужественная жизнь социолога Леонтия Георгиевича Бызова (1955-2019)… Он работал и боролся за жизнь до последних дней…

Он сделал многое. На протяжении нескольких десятилетий Леонтий Бызов профессионально, т.е честно, анализировал наше общество, к его выводам прислушивались его коллеги и российские политики самого высокого уровня. Кроме того, Леонтий, уже будучи тяжело больным, осуществил объемный и кропотливый историко-культурологический поиск. Он восстановил дневники его деда, Леонтия Алексеевича Бызова (1886-1942), которого можно признать одним из первых послереволюционных ученых, успешно работавших на стыке современных психологии и социологии.

В конце 2018 года благодаря самоотверженности Леонтия и помощи его друзей, особо отмечу вклад политика и политического журналиста Вячеслава Игрунова, ему удалось издать книгу: «Поиски, потери, возвращения. Мой путь социолога»[1]. Была радость. Было чувство сделанного. Но чуда не произошло…

Базой этой книги стало его пространное биографическое интервью, данное автору этого текста. Все началось 2 августа 2017 года, т. е. без малого два года назад. Через две недели наработанное было отправлено известному социологу Андрею Николаевичу Алексееву, активно занимавшемуся историей семей и биографическим методом. Первые ответы Бызова на мои вопросы я сопроводил такими словами: «Андрей, пожалуйста, посмотри эту еще не завершенную работу… Я начал ее 2 августа и уже без малого 5 листов… начал случайно.. я уже не начинаю новых интервью… <…> Здесь интереснейшая семейная хроника, масса известных нам людей, оценка многих политических событий…». Приведу фрагменты ответа Алексеева: «Л. Б. – человек интереснейший и рассказчик изумительный. Генеалогическая часть его интервью отлично сочетается с биографической. По части первой – в твоей коллекции, пожалуй, нет равноценных аналогов. Что касается биографической, то твой герой оказался в самом солнечном сплетении современного отечественного обществознания. И сам сумел внести в него достойный вклад, при всем свалившемся на него 20 лет назад тяжком нездоровье. Его рассказ «о себе», действительно, предстает ценным историко-науковедческим эссе, фракталом социологии «в лицах». Критичная и самокритичная рефлексия, героями которой, кроме него самого, оказывается такой букет исторических персон».

Уже по первым страницам интервью с Леонтием Бызовым, которое со временем стало названной выше книгой, Алексеев занес эту работу в раздел социологии, обозначенный им словами: «Драматическая социология». И здесь драматизм проявляется в двух форматах. Драма – как напряженное действие, совокупность конфликтов и поисков выходов из них. И драма как жизненная трагедия автора книги, кардинально изменившая всю его жизнь, но не сломившая его дух.

А.Н. Алексеев не ограничился лишь таким замечанием, 24 августа он опубликовал ту часть нашего интервью, в которой Леонтий Бызов, кратко рассказал содержание трехтомника «Бызовы. Голоса прошлого». Этот труд включает в себя переписку членов семьи Бызовых, начиная с 1905 года, военный дневник деда Л.А. Бызова 1917 года, воспоминания, дневники и другие материалы. Бызов-мл. и его троюродная сестра Т. А. Семенова все это собрали и около двух лет готовили к печати. В результате изучения документов внук отметил: «В Леонтии Алексеевиче был огромный потенциал стать одним из первых социологов страны». Серьезная аргументация данного утверждения делает названный 3-хтомник и последнюю книгу Леонтия «Поиски, потери, возвращения. Мой путь социолога» интересными и важными историко-социологическими документами.

Наша беседа, замечу, это – особый тип интервью по электронной почте, получилась весьма объемной, и мы решили не обнародовать текст, поскольку это могло бы в будущем препятствовать его изданию в формате книги. Процитирую слова нескольких читателей воспоминаний Леонтия Бызова-мл., вынесенные позже на заднюю сторону обложки книги:

Исследователь общественного мнения Елена Петренко: «…Леонтий удивительно адекватно рассказывает и о временах конца 60-х, и об ИКСИ, и о первых годах ВЦИОМ… Читала его воспоминания буквально со “слезами на глазах”…».

Социолог Владимир Костюшев: «Удивительное, трудное чтение: мощная интеллектуальная и социальная история рода Бызовых, российской социологии в перестройку и последующие годы, участие автора с прямым действием, конфликтами и союзами в политических кругах и научном сообществе. И с жестким критичным пониманием своего опыта».

Политолог Игорь Минтусов: «…Бесконечно благодарен Леонтию Бызову за те бесценные профессиональные уроки, которые он мне давал. Настоящий ученый, настоящий профессионал и настоящий учитель».

Книга открывается короткой заметкой публициста и политтехнолога Глеба Павловского с емким заголовком: «О Леонтии Бызове, социологе и знатоке России». Приведем итог рассуждений Павловского: «Один старинный друг приговаривал: “Дзен-буддизм – это страшно просто!” Леонтий Бызов открыл мне простоту взгляда на русскую политическую и социальную реальность. Для работы с ней надо лишь отбросить кучу благоглупостей и предрассудков, именуемых «общеизвестными фактами». Все, что начинают излагать с любимого рефрена лжецов – “Всем хорошо известно, что…” Бызов показал мне, что социология – отличный способ оценить глубину нашего незнания России. (В тех случаях, конечно, пока сам социолог не переродился в лжеца-раздатчика “стабильно высоких рейтингов президента”)».

В процессе интервью, в рассказе о многопоколенной семье Бызовых с начала ХХ века до наших дней Леонтий выступал не как посторонний наблюдатель, а в роли продолжателя семейных традиций, ценностей, характерных для русской трудовой интеллигенции рубежа XIX и XX веков. В частности, невозможно пройти мимо удивительного знака связи времен. Молодой Питирим Сорокин посещал семинары, активным участником которых был Леонтий Алексеевич Бызов. Прошло сто труднейших, драматических лет, и в 2013 году его внук – Леонтий Георгиевич Бызов был награжден Золотой медалью Питирима Сорокина, высшей наградой Российского социологического сообщества.

Воздерживаясь от рассмотрения интервью в целом, оправданно процитировать слова Леонтия Бызова, которые позволяют понять истоки и содержание его ценностного мира. Так, собственно биографическая часть уже отмечавшейся  беседы начинается с вопроса: «Когда и как тебя вводили в прошлое семьи, ведь эта история включала такие имена и такие события, о которых до перестройки во многих семьях предпочитали молчать». Ответ на него оказался достаточно развернутым, но его суть передают слова: «Передо мной подобные проблемы никогда не стояли. По двум причинам. Во-первых, я рос в период “оттепели”, и чувство страха мне было неведомо. И во-вторых, мама была таким человеком, который и в сталинские времена ничего не боялся (например, она осенью 1939 г. по своей инициативе вышла из комсомола в связи с «разочарованием в деятельности» этой организации), а в послесталинские – и подавно. Более того, в нашей семье постоянно даже бравировали свободными разговорами на политические темы, особенно после 1968 года…». И вот – ключевая фраза, объясняющая многое в деятельности уже повзрослевшего Леонтия: «… я убежден, забегая вперед, что эти позднесоветские времена можно было трансформировать во что-то вполне приличное и демократическое без дикого системного кризиса, без кардинальной ломки всей социальной структуры, которая вынесла наверх ту субстанцию, которая и всплывает в подобных случаях».

В 1971 году Леонтий Бызов поступил на экономический факультет МГУ, избрав новое отделение – экономической кибернетики. Окончивший блестяще школу в Салтыковке, теперь ближнем московском пригороде, а тогда – поселке, Леонтий не вписался, да и не стремился к этому, в достаточно элитарный круг окружавших его студентов. Даже имея серьезное, передовое по тем временам образование и прекрасно ориентируясь в культурной – музыкальной и театральной – жизни Москвы, он ощущал себя провинциальным юношей. Завершив образование, он не стал искать теплое место в министерских и ведомственных учреждениях, а пошел в науку на начальную позицию в иерархии академических должностей – стажер-исследователь в секторе Б. А. Грушина: «Одна комнатка в подвале, кишащая тараканами. Один телефон в коридоре. И туалет еще ниже этажом, совсем в подземелье». И когда его соученики стали во главе государства, а многие – весьма состоятельными людьми, Леонтий не изменил своим глубинным познавательным интересам и представлениям об общественном устройстве, базирующемся на представлениях русской дореволюционной интеллигенции.

В ряде публикаций по поколенческой стратификации российского социологического сообщества поколение, которому принадлежит Леонтий Бызов, именуется – «Спасенными перестройкой». Имеется в виду то, что перестройка предоставила представителям этой когорты возможность самим активно искать новую тематику, новые исследовательские подходы, использовать и разрабатывать новые методы познания социума. И Леонтий Бызов воспользовался этой возможностью, услышал вызовы времени.

Особое внимание привлекает его рассказ о расстреле Белого дома в октябре 1993 года, он наблюдал все происходившее непосредственно на месте событий, будучи уверен, что именно там он и должен находиться.

Вскоре после ознакомления с его воспоминаниями о событиях в Белом доме в интервью следовал вопрос: «… что было дальше у тебя?». И первые слова его ответа оказались шокирующими: «Дальше меня поджидала самая страшная и неожиданная катастрофа, полностью и бесповоротно изменившая мою жизнь. Я попал в автомобильную аварию, получил перелом двух позвонков и стал до конца своих дней инвалидом. Сколько раз я горько сожалел, что не погиб в Белом Доме. На миру и смерть красна».

Безусловно, невозможно не согласиться со словами Леонтия: «Сузился круг друзей и знакомых, кто-то вообще исчез из моего поля зрения, появились новые знакомые, и я лично считаю, что прошедшие два десятилетия с лишним, которые я живу со сломанным позвоночником, я прожил не зря, многое сделал, написал, многое посмотрел. Но сколько бы я еще сделал, если бы был цел, и если бы ежедневная борьба с недугом, болями, не отнимала столько сил».

Вот таким был Леонтий Бызов. Серьезным социологом и политическим аналитиком, культурологом и мужественным человеком.

Вечная память…

[1] Бызов Л.Г. Поиски, потери, возвращения. Мой путь социолога. – М.: Новый хронограф, 2018.

 

Советский и российский социолог, кандидат психологических наук (1970), доктор философских наук (1985), профессор (1991), ассоциированный сотрудник Социологического института РАН в Санкт-Петербурге, почётный доктор Института социологии РАН, действительный член Российской Академии социальных наук, независимый аналитик и консультант.

Похожие материалы

Не стоит противиться историческим императивам логики развития нашей государственности. В том числе...

Войны пока нет, но о ней все пишут — значит, будет. Оружие непрерывно сравнивают, и обе стороны...

Неполиткорректная масса огорчённых репортажей по самым политкорректным телеканалам уже показала...