Ровно 30 лет тому назад, 2 марта 1991 года, мы с женой, обычные москвичи, впервые в своей жизни написали поздравительную телеграмму главе нашего государства – президенту СССР Михаилу Сергеевичу Горбачёву, поздравив его с 60-летием.

Ни разу подобного ни прежде, ни в дальнейшем с нами не происходило. Это был текст, идущий от души. К сентябрю 1991 года нас ждал сюрприз. На прилавках появилась книга жены Михаила Сергеевича Раисы Максимовны Горбачёвой «Я надеюсь», в которой автор на странице 250 полностью процитировала нашу поздравительную телеграмму. Позволю себе процитировать её и я.

 

«Дорогой Михаил Сергеевич! Поздравляем Вас с днём рождения. От всей души желаем Вам всего самого доброго, здоровья и счастья, стойкости. Ведь так безумно трудно быть президентом нашей несчастной страны! Мы бесконечно благодарны Вам за то невероятное, что Вы сделали, — избавили нас от страха, дали надежду и свободу. Мы выросли при Брежневе и ко всем, кто стоял у власти, относились с отвращением и ненавистью. Но Вам мы верим. И когда будут всенародные выборы президента, будем голосовать за Вас.

С глубочайшим уважением,

Сигал Лев Исаакович,

Морозова Марина Валентиновна, Москва».

 

Надо вспомнить, что к тому времени, выражаясь в современных терминах, рейтинг М. С. Горбачёва среди советских людей был уже не так высок, как в начале «перестройки». Если в сегодняшних юбилейных репортажах российских государственных СМИ чувствуется, что его руководство Советским Союзом оценивается с тех же позиций, что и любое современное политическое лидерство.

Забывая о том, какую страну он принял.

Ведь в СССР до избрания товарища Горбачёва генеральным секретарём ЦК КПСС на мартовском 1985 года пленуме ЦК никакой публичной внутренней политики не было вовсе. Наша политическая почва была стерильна как почва пустыни Атакама.

Для советской интеллигенции интересоваться политикой означало интересоваться политическими процессами в зарубежных странах.

Лишь при Горбачёве впервые стали произноситься с высоких трибун и в СМИ такие слова «социалистический плюрализм», «гласность» и т. п. При нём начали происходить реальные конкурентные выборы и прочее.

Собственно говоря, хотя формально и принято считать концом советской эпохи Беловежские соглашения, заключённые в декабре 1991 года, но, начиная с 1986 года, Советский Союз вступил в процесс головокружительных, по сути революционных, изменений во всех сферах жизни. И центральной фигурой этих преобразований стал, безусловно, Михаил Сергеевич.

Но вот парадокс. На первом же Съезде народных депутатов СССР (25 мая – 9 июня 1989 года), который полностью шёл в прямом эфире, многие народные избранники начинают серьёзно критиковать того лидера, благодаря которому они получили мандаты. Равно как и газетах тех лет, освобождённых от опеки Главлита, публицисты начинают ругать того, кто de facto предоставил им возможность публично высказывать своё мнение.

15 марта 1990 года III Съезд народных депутатов СССР вносит в Конституцию СССР 1977 года пакет поправок, в частности, вводится впервые в истории нашей страны должность президента СССР. Многие в обществе и депутатском корпусе выступали за проведение прямых выборов президента гражданами СССР. Это положение и вошло в текст Конституции СССР. Но на переходный пятилетний период Горбачёв избирается на эту должность голосованием депутатов Съезда. Притом на безальтернативной основе (пленум ЦК КПСС, состоявшийся накануне, выдвинул наряду с ним ещё две кандидатуры – Николая Рыжкова и Вадима Бакатина, но оба они отказались).

За Горбачёва проголосовали почти 60% народных депутатов СССР. Таким образом всенародные выборы президента СССР должны были пройти как раз в 1996 году. А на 17 марта 1991 года был назначен первый (и, как оказалось, единственный) в СССР референдум – «О сохранении СССР», необходимость в проведении которого была напрямую связана с «парадом суверенитетов». Иными словами, ко 2 марта 1991 года Горбачёв уже не был бесспорным всенародным лидером, и его поддержка в этих уникальных исторических условиях была в чём-то сравнима с политическим самоопределением в условиях гражданской войны.

Разумеется, в тех уникальных исторических условиях становления политической жизни в нашей стране в той или иной мере многие люди были наивны. Не только Горбачёв или мы с Мариной (мне тогда было всего лишь 26, а ей 27 лет), но и люди старшего поколения, убелённые сединами…

Тогда я начинал свой профессиональный путь политического журналиста корреспондентом недавно созданной и концептуально новой газеты «Коммерсантъ». Далее я работал политическим обозревателем различных печатных издании. Но в кремлёвский пул никогда не входил и ни Ельцина, ни Путина лично не видел.

Зато с Горбачёвым после его отставки довелось пересечься дважды. Первый раз году в 1994, когда они с Раисой Максимовной посетили заседание некоего столичного общественно-политического клуба. В тот жизненный период поведение Михаила Сергеевича стало отчасти приближаться к modus operandi «неформалов».

А второй случай наступил приблизительно в 1998 году, когда мы с женой зашли в книжный магазин «Библио-глобус» и там узнали о том, что М. С. Горбачёв проводит презентацию своей книги «Размышления о прошлом и будущем». Прослушав презентацию, мы с Мариной отстояли очередь к столику, за которым сидел Михаил Сергеевич, и он вручил Марине подарочный экземпляр с дарственной надписью. Мы тогда представляли Горбачева как актуального российского политика.

Он, как известно, баллотировался на выборах президента РФ в 1996 году. Правда, собрал лишь порядка половины процента голосов…

Сейчас, когда ему целых 90 лет, я думаю про него чуть иначе. Безусловно, он долгожитель среди российских политиков. Его постоянный антагонист Борис Николаевич Ельцин умер в возрасте 76 лет, его горячо любимая жена Раиса Максимовна и вовсе ушла из жизни, можно сказать, молодой — в 67 лет. Я реально не представляю, где он сейчас живёт и с кем делит хлеб.

Его единственный ребёнок — 64-летняя дочь Ирина развелась в 1993 году с хирургом Анатолием Вирганским, с которым родила и вырастила двух дочерей, а в 2006 году вышла замуж за предпринимателя Андрея Трухачёва.

Складывается впечатление, что Горбачёв оказался в состоянии, которое англичане называют splendid isolation. Рядом с ним, похоже, уже не осталось не осталось ни одного человека, который его понимает.

Я в последние несколько лет участвовал в некой группе, которую создал in Facebook Эдуард Глезин, объединявшей по идее сторонников М. С. Горбачёва. Но убедился, что большинство её участников придерживаются либеральных, прозападных взглядов, а Горбачев для них sui generis агент во враждебном окружении. Уяснив это для себя, я решил покинуть эту группу. С другой стороны, Горбачёв и для коммунистов явный враг. Будучи при власти, он произнёс гениальную фразу: ”Нам подбрасывают “слева”, и “справа“”.

Таков скорбный удел последовательного центриста, мечтающего о построении “социализма с человеческим лицом”.

Убеждён ли я в том, что Горбачёв действительно намеревался создать «социализм с человеческим лицом»?

Да, убеждён.

Удалось ли ему это?

Конечно, не удалось. И в этом его глубочайшая трагедия: он так и не смог вписаться в то общество, в которое преобразилось наше.

Может ли вообще его мечта воплотиться в жизнь? Я не знаю, sed dum spiro — spero… »

_______________________

Наш проект можно поддержать.

Автор

Политический журналист, историк

Похожие материалы

Та «трагедия эстетизма», которая сломила Кьеркегора и о которой рассказала Пиама Гайденко,...

Фигура Рамсфелда идеально подходит для столь любимых многими конспирологических теорий. То там, то...

22 июня 2021 года Президент России Владимир Путин опубликовал в «Комсомольской правде» статью,...

One Comment
 
  1. Igor Kliakhandler 03.04.2021 at 18:59 Ответить

    Дорогой Лев, пишет вам Игорь Кляхандлер. Вы замечательные и нетривиальные вещи пишете, было бы очень интересно с вами поговорить. Я сам тоже пишу понемногу. Мой email: igor@mtu.edu. Все средства хороши, skype: igor.kliak

Leave a Reply