3 октября 2020 года ушел из жизни замечательный человек и ученый с мировым именем Борис Федорович Егоров.

Еще одна жертва CORONа вируса…

Доктор филологических наук, выдающийся историк, литературовед, культуролог, признанный специалист по истории русской литературы и общественной мысли XIX века, Б. Ф. Егоров внес огромный вклад в развитие отечественной науки и высшего историко-филологического образования в нашей стране. Профессор Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена, главный научный сотрудник Санкт-Петербургского института истории (Дома Н. П. Лихачева) РАН, он являлся учителем нескольких поколений ленинградских-петербургских филологов и историков. Эту трагическую утрату остро переживают его друзья, ученики и коллеги в Санкт-Петербурге, Москве, Саратове, Самаре, других городах России, а также за рубежом, прежде всего в Тарту.

Для Саратова, Тарту и Ленинграда-Санкт-Петербурга Борис Федорович особенно дорог. Б. Ф. Егоров родился 29 мая 1926 г. в г. Балашове Саратовской области в семье школьного учителя рисования и черчения Федора Ивановича Егорова и Анастасии Яковлевны Егоровой (урожденной Волковой), дочери зажиточного крестьянина, сосланного и погибшего в 1930 г. в Зауралье. Отец – сирота – сам пробивал себе дорогу в жизни. Поэтому семейное воспитание определило не столько общее развитие, сколько отличительные черты личности и нравственные устои Бориса Федоровича. Мощная жизненная энергия и сила воли, перешедшие по отцовской линии, сказывались в его темпераментном и динамичном характере.

До конца дней Б. Ф. жил активной научной и общественной жизнью, успевал делать несколько книг в год и одновременно объездить полмира.

Свой профессиональный выбор Б. Ф. сделал не сразу. С детства увлекаясь техникой и математикой, он вначале поступил в Ленинградский институт авиационного приборостроения, но с 5 курса ушел. Знакомство с ленинградской литературоведческой школой и гуманитарные интересы определили его поступление в 1945 г. на заочное отделение филологического факультета Ленинградского государственного университета. Академическая филология в университете в 1940-е гг. была представлена выдающимися литературоведами – Г. А. Бялым, Г. А. Гуковским, Н. И. Мордовченко – которых Б. Ф. называл своими учителями и под влиянием которых оформились его исследовательские приоритеты – русское литературоведение и литературная критика середины XIX века.

Душевно самым близким из учителей был Дмитрий Евгеньевич Максимов, который стал наставником первых ученых сочинений Б. Ф. Егорова, а в 1964 г. познакомил его с Анной Ахматовой. Встреча с великим русским поэтом еще более утвердила его в филологическом выборе. Окончив в 1948 г. университет, а в 1952 г. – аспирантуру Ленинградского государственного педагогического института им. М. Н. Покровского с защитой кандидатской диссертации «Н. А. Добролюбов и проблемы фольклористики», Борис Федорович затем десять лет преподавал в Тартуском университете, шесть из которых заведовал кафедрой русской литературы и собирал ее состав, сделавший позднее Тарту центром изучения русской славистики мирового уровня. Именно в эти годы началась многолетняя близкая дружба с Юрием Михайловичем Лотманом, которого Б. Ф. нежно любил и считал «корифеем русской литературы». В тартускую эпоху, в 1953–1961 гг., Б. Ф. опубликовал ряд новаторских работ, посвященных творчеству радикальных публицистов – В. Г. Белинского, Н. Г. Чернышевского, Н. А. Добролюбова в соотношении с критическим наследием их явных или косвенных противников – Ф. М. Достоевского, Ап. А. Григорьева, В. П. Боткина, П. В. Анненкова, С. С. Дудышкина.

В 1962 г. Борис Федорович вернулся в Ленинград, где начал преподавать на филологическом факультете ЛГУ и был заместителем главного редактора «Библиотеки поэта». После защиты в 1967 г. докторской диссертации «Русская литературная критика 1848–1861 гг.» Б. Ф. пригласили заведовать кафедрой русской литературы Ленинградского государственного педагогического института им А. И. Герцена (1968–1978). В эти годы расцвел его талант исследователя. Значительными итогами изучения русской литературной критики стали его две крупные монографии – «Очерки по истории русской литературной критики середины XIX века» (Л., 1973) и «Русская критика. В. Г. Белинский. А. И. Герцен. Н. Г. Чернышевский. Н. А. Добролюбов. Д. И. Писарев. И. С. Тургенев. И. А. Гончаров. М. Е. Салтыков-Щедрин» (Л., 1973).

В 1971 г. по приглашению Дмитрия Сергеевича Лихачева, председателя редколлегии академической серии «Литературные памятники», Б. Ф. Егоров стал ее членом, а с 1991 г. возглавил ее. Издание книг данной серии стало для Б. Ф. делом жизни: он лично подготовил ряд важнейших ее томов, в том числе издания дневников и произведений декабристов В. Ф. Одоевского и В. К. Кюхельбекера, поэтических и драматических сочинений Ап. А. Григорьева и А. С. Хомякова. Огромной заслугой Б. Ф. Егорова является сохранение в трудных 1990-х годах чрезвычайно высокого уровня публикаций этой замечательной и очень востребованной издательской программы. К 1980-м гг. относятся его незабываемые встречи с Натаном Яковлевичем Эйдельманом.

В 1978 г. Б. Ф. Егоров перешел на работу в Ленинградское отделение Института истории (ЛОИИ) АН СССР, в Сектор истории СССР периода капитализма, с 1986 – Отдел, с 1992 – Отдел новой истории России, где долгие годы работал с такими признанными специалистами по истории дореволюционной России как Б. В. Ананьич, Р. Ш. Ганелин, В. Н. Гинев, В. А. Нардова, В. Г. Чернуха, А. Н. Цамутали, с которыми у него сложились близкие ученые и человеческие взаимоотношения. Именно в годы работы в институте им были созданы его классические труды – «Очерки по истории русской культуры XIX века» (М., 1996), «От Хомякова до Лотмана» (М., 2003), «Российские утопии. Исторический путеводитель» (М., 2007), «Обман в русской культуре» (М., 2012). Одними из наиболее удачных работ сам Б. Ф. считал свою книгу о Ю. М. Лотмане – «Жизнь и творчество Ю. М. Лотмана» (М.,1999), а также публикацию его писем – «Лотман Ю. М. Письма. 1940–1993» (М., 1997). Получившая обширную читательскую реакцию в виде многочисленных рецензий и статей книга о Ю. М. Лотмане была данью уважения и любви Б. Ф. к своему другу (разница в возрасте составляла только четыре года).

Для Б. Ф. Ю. М. Лотман являлся не только «классиком русской литературы», но и близким человеком, общение с которым обусловило важнейшие направления его исследовательского творчества – изучение национализма и панславизма в мировоззрении славянофилов[1], славянофильства и западничества в культурологических исканиях русских интеллектуалов второй половины XIX века[2].

Сорокалетняя дружба со старшим коллегой, известным ленинградским литературоведом Соломоном Абрамовичем Рейсером, близким Борису Федоровичу по человеческим и научным качествам, также весьма способствовала его ученым достижениям. Метод включения в исследовательский анализ биографического и историко-бытового материала, сопоставления сходного и контрастного был воспринят и развит Б. Ф. в его работах. Стремление же к эстетизации жизненного опыта, использованию в творчестве культурных парадоксов России второй половины XX века обусловило выход в свет двумя книгами «Воспоминаний» Б. Ф. Егорова (СПб., 2004; СПб., 2013), которые получили широкое читательское признание и вызвали обширный общественный резонанс. Насыщенные увлекательным фактическим материалом и открывающие неизвестные страницы событий литературной и общественной жизни России второй половины XX – начала XXI века, они обладают, с одной стороны, задушевной интонацией, а с другой – четкими, научными характеристиками людей, событий, явлений.

Борис Федорович всегда рассматривал филологию не как «падчерицу» истории, а как ее важнейшую составляющую, видел в литературной критике соединение научного и художественного творчества, поэтому особое внимание в его работах уделено теоретическим проблемам литературоведения. Это нашло яркое отражение в его блестящей монографии «О мастерстве литературной критики. Жанры. Композиции. Стиль» (Л., 1980). С 1982 г. Б.Ф. – член Союза писателей СССР, в начале 1980-х гг. он опубликовал монографию «Борьба эстетических идей в России середины XIX века» (Л., 1982) и подготовил фундаментальную публикацию воспоминаний Ап. А. Григорьева, который являлся главным героем его творчества. Автор 20 книг и более 700 научных статей, до последних дней жизни Б. Ф. Егоров продолжал неустанно трудиться. В 2019 г. вышел в свет предпоследний, шестой том биографического словаря «Русские писатели», и он приложил громадные усилия, чтобы издание, столь успешно начатое, было завершено, несмотря на проблемы с финансированием.

Борис Федорович Егоров принадлежал к блестящему, легендарному поколению сотрудников Санкт-Петербургского института истории РАН, всем гуманитариям известного как «ЛОИИ». Наши институтские встречи с ним были весьма многочисленны, поскольку официальные присутствия два раза в неделю давали возможность обстоятельных обсуждений не только наших творческих тем, но и разговоров по вопросам культуры, литературы, происходивших вокруг нас событий. Так к ученому общению добавлялись яркие краски и характеристики персонажей литературных произведений, происходил обмен оценок их влияния на читателя. Кажется, за нашу отдельскую жизнь я только один раз была свидетелем крупного спора между двумя близкими друзьями – Валентиной Григорьевной Чернухой и Б. Ф. Егоровым насчет приоритетности в жизни и литературе страстной любви или супружеского долга, этичности или не этичности поведения А. А. Карениной в отношении ее мужа. Валентина Григорьевна, считая, что прототипом А. А. Каренина был глубоко ею уважаемый министр государственных имуществ, председатель Комитета министров П. А. Валуев, утверждала, что Анна Аркадьевна поступала не только не этично, но и низко по отношению к мужу. Борис Федорович с жаром доказывал, что высшим достоянием на земле является любовь, которой Каренина и следовала. Однако точка в этом споре моих любимых коллег насчет выбора правильного жизнестроительства или стихийного движения по своему жизненному пути не была поставлена, каждый остался при своем мнении.

Б. Ф. Егоров был яркой и многогранной личностью, сочетал в себе глубокого ученого-исследователя и неутомимого архивиста-публикатора, доброжелательного и тонкого редактора и щедрого популяризатора гуманитарных знаний, талантливого преподавателя и первоклассного лектора. Для него, петербургского интеллигента, были характерны главные черты русской интеллигенции – превосходство духовных интересов над материальными и приоритет служения людям, а не себе. Человек с редкой силой воли, жизнелюбием и оптимизмом, он всегда был готов прийти на помощь. Для всех, кто знал Б. Ф. Егорова, он дорог не только своими крупными исследованиями, широким, непредвзятым, свободным подходом к культурному наследию дореволюционной России, но и прекрасными человеческими качествами – честностью, благородством, добротой, отзывчивостью. Таким мы его и запомним.

Борис Федорович в своих воспоминаниях писал: «В России нужно жить долго. Но хорошо бы при этом не растерять творческие силы и потенции». У него это получилось в полном объеме. Светлая память ему, прекрасному человеку и выдающемуся ученому.

[1] Киреевский Иван Васильевич // Русские писатели. Биографический словарь. М., 1971. С. 350–352; Самарин Юрий Федорович // Там же. С. 582–584; Славянофильство // Краткая литературная энциклопедия. Т. 6. М., 1971. С. 930–935.

[2] Григорьев Ап. Письма. М., 1999; Аполлон Григорьев. М., 2000.

_______________________

Наш проект можно поддержать.

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник СПбИИ (Дом Н. П. Лихачева) РАН

Похожие материалы

Сегодня, под эгидой тотальной благотворительности, заключающейся в фактическом обожествлении уже...

Мне кажется сомнительной возможность плавного перехода путем одной только политической деятельности...

С Алексеем Дзермантом можно в чем-то не соглашаться, с чем-то спорить, но понятно одно – перед нами...

One Comment
 
  1. Константин Петров 15.10.2020 at 18:35 Ответить

    Константин Петров

    На смерть Лже-Егорова

    То не вулкан гудит под морем,
    Не лава бьет из адских пор:
    «Приди скорей, о Лже-Егоров!» —
    Взывает лже-ученых хор.

    К нему простер костлявы руки
    И ожидает горячо
    В кипящем озере науки
    Сам академик Лихачев.

    Там с ним друзья: там Лотман бродит,
    Читает Рейсер диамат,
    На черносотенцев находит
    Рубашкин новый компромат…

    Тебе ж спланированы чтенья
    «Как я от фронта удирал»,
    А генеральное ученье
    Читает Власов, генерал.

    Одна беда: там трупный запах,
    И кала, и гниенья смрад…
    Но Русью там совсем не пахнет,
    В том ты покоен будь и рад.

    Гряди же в край обетованный
    Из хлябей лже-научных сфер!
    Гряди скорей, о князь обмана,
    Лжи вечно свежий кавалер!

    Уже восходит правды солнце,
    И злоязычник тает ряд,
    Как дым, как воск; и бесы в корчах,
    Вопя от ладана летят.

    И лишь один — с когтями, с клювом,
    Столетний чахнущий Кащей,
    Всё силится проклясть и плюнуть,
    Хулой рыгая на людей…

    Хулою, ложью, клеветою
    Утешься, сердце мудреца!
    И высшей станет похвалою
    Проклятье старого лжеца.

    Ликуйте, братья! Путь наш светел,
    Всяк зол глагол нам благом стал:
    Нас лже-Егоров заприметил
    И, в ад сходя, оклеветал!

Leave a Reply