Пациент в Лейпциге, зараженный вирусом Эбола, скончался. Мужчина умер в ночь с понедельника на вторник 14 октября, сообщила клиника Св. Георга. «Вопреки интенсивным медицинским мероприятиям и высочайшим усилиям медицинского персонала, 56-летний сотрудник ООН стал жертвой тяжелого инфекционного заболевания». Как представитель Министерства социального обеспечения, Ральф Шрайбер заявил, что умерший будет кремирован в этот же день.

Правила к обращению с трупом, оглашенные Шрайбером: тот, кто умирает от Эбола, дезинфицируется, кладется в непроницаемый для жидкости пластиковый мешок и помещается в специально подготовленный гроб. Эти мероприятия заявлены институтом им. Роберта Коха, как необходимые. Гроб должен стоять в отдельной холодильной камере и быть маркированным особым образом. Похоронных дел мастера обязаны быть оповещены о риске инфицирования. Вместо обычной процедуры похорон рекомендована кремация.

Клиника заявляет: «Никакой опасности для пациентов и персонала нет!»

Скончавшийся мужчина был третьим пациентом с вирусом Эбола в Германии. Еще один находится в стационаре во Франкфурте-на-Майне, а один выздоровел и был выписан из Гамбургской клиники. В Лейпциге пациент был обработан с наивысшими мерами предосторожности и помещен в особый изолятор для инфекционных и тропических заболеваний.

Власти говорят: опасность занесения вируса Эбола в Германию маловероятна.

Напомним, что Эбола свирепствует в основном в Западной Африке. Прежде всего оказались затронуты Гвинея, Либерию и Сьерра-Леоне. По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) уже более 4.000 человек умерли от этого вируса,  и примерно 9.000 инфицированы.

Таковы официальные данные, озвученные на сегодняшний день немецкими СМИ.

Однако в интернет-комментариях к данной информации некий, гость под именем «наблюдатель» замечает: «Автоклав (для больного) поставили только вчера (13.10), хотя еще с прошлой недели было известно, что он потребуется… Это показывает, что между отдельными процедурными центрами нет должного информационного обмена, иначе они (клиника св.Георга) заранее знали бы все требования и могли уже давно заказать собственные автоклавы. Или им вновь не хватило финансирования для этого совсем не дешевого устройства? Или власти Саксонии хотели получить свой процедурный центр только в «облегченной» версии? И при этом сэкономили на необходимых издержках? Все это политика, никак не связанная с медициной..»

Еще после первого заражения Эбола в Европе право-популистские политики в Италии резко выступали против мигрантов из Африки, как потенциальных носителей инфекции. Эксперты министерства здравоохранения резко опровергали это утверждение. Эпидемия невероятна, говорили они снова и снова. Между тем, вирус появился очень вовремя и кстати.

«Мировая угроза номер один!» — заявил Обама. Казалось бы, что такое в мировых масштабах 4 тысячи умерших? Практически ничего, в ДТП на дорогах в день гибнет в разы больше людей. Однако пошатнувшийся мировой порядок ищет новых внешних врагов, и если не находит их, то создает самостоятельно.

Первыми истерику по поводу нового вируса раздули американцы. Европейцы же, как могут, стараются снизить градус накала страстей. Мол, да, такая опасность существует, но она для европейского жителя маловероятна, паниковать не нужно.

Вирус Эбола был открыт еще в далеком 1976 году. Отчего же он проявился в мировых масштабах только сейчас?..

Что это – новый повод для усиления ненависти к мигрантам, особенно из Африки? Или попытка международных фармацевтических концернов заработать миллиарды на продаже вакцины, которая, по словам Беда Стадлера, профессора Института иммунологии Бернского университета, уже давно существует.

Саверио Белицци, сотрудник «врачей без границ», который сам уже неоднократно работал в затронутых эпидемией регионах Западной Африки, говорит: «То, что касается эмиграции — там риск, по моему мнению, сводится к нулю. Люди, которые прибывают в южную Италию, проделывают этот путь не так быстро. Проходит год, иногда больше, прежде чем они оказываются здесь, минуя всяческие процедуры. При Эбола у больного симптомы наблюдаются всего около 10 дней, и если с этим не обращаются к врачу, то умирают с вероятностью от 90% в течение 2 — 3 недель».

Мигранты не опасны.

Получается, что вирус Эбола – всего лишь очередная надуманная страшилка, которая, несомненно, унесет множество жизней, но на «мировую угрозу номер один» совершенно не тянет по масштабам. Как это обычно бывает в подобных случаях, угрозой эпидемии просто отвлекают внимание американского и европейского среднестатистического обывателя от других по-настоящему важных вопросов.

Мало кто об этом вспоминает, но пару лет назад, американцы приняли «Закон о национальной обороне» («National Defense Authorization Act»), по которым любой человек, заподозренный в террористической деятельности или связи с террористами, может быть задержан на неопределенный срок, помещен в тюрьму и лишен адвокатской поддержки до тех пор, пока не будет доказано, что он не представляет угрозу национальной безопасности.

Пресловутая фраза из фильмов: «Зачитайте его права!» уже не действует.

Этот закон не был бы никогда принят, не случись теракта 11 сентября. Угроза, мнимая или реальная, дает властям возможность усиления собственных полномочий, чем они и пользуются совершенно беззастенчиво.

Значит ли это, что Эбола, наряду с прочими псевдо-угрозами станет одним из факторов, способствующих усилению контроля государства над собственными гражданами и снижению прав отдельно взятого гражданина?..

В Америке, пожалуй, так и будет. Тотальный контроль – это давнишняя мечта Вашингтона. В Европе же, скорее всего, разговоры о новом вирусе вскоре сойдут на нет, если их не будут поддерживать искусственно. По крайней мере, истерики в европейских странах не наблюдается, а праворадикальные призывы к ограничению на въезд для мигрантов – лишь очередная волна, подобная многим, для которой Эбола – только новый повод.

Писатель-фантаст, публицист, постоянный автор сайта «Русская Idea».

Похожие материалы

Для всех, кто знал Бориса Федоровича, он дорог не только своими крупными исследованиями, широким,...

Сегодня, под эгидой тотальной благотворительности, заключающейся в фактическом обожествлении уже...

Мне кажется сомнительной возможность плавного перехода путем одной только политической деятельности...