«Не иметь ни одной мысли и суметь ее выразить
— вот как становишься журналистом»
(Карл Краус).

1

С некоторых пор в среде российской журналистско-публицистической пишущей братии, независимо от политико-идеологических предпочтений, идёт негласное соревнование под девизом: кто быстрее отрефлексирует на новость. При этом, что характерно, содержание рефлексии, публично выплёскиваемой «на бумагу», изначально приносится в жертву оригинальности подачи материала. Круг замыкается и на поверхности остаётся «первый оригинал», снимающий рыночные сливки, вне зависимости от того, какую глупость он упаковал в оригинальную упаковку: кто первый встал, того и тапки.

Между тем, русский язык совершенно не случайно объединил два слова: «писáть» и «пѝсать», называемых лингвистами омографами – словами, одинаковыми по написанию и различными по произношению. Не буду сильно спорить с учёными профессионалами, отчего-то привыкшими в своём непонимании оперировать категорией «случайных совпадений», скажу лишь следующее: случайность – высшая форма закономерности, особенно, если в языке таких случайностей тысячи.

Сказанное имеет прямое отношение к публицистике, жонглирующей словами, выдавая на гора истину за истиной и совсем не желающей для начала усвоить простую народную мудрость: семь раз отмерь, один раз отрежь. В противном случае, читатель, в лучшем случае, не дочитает, так как ничего не поймёт, а в худшем – останется с внутренним ощущением культурологического шока от написанного, как зритель спектакля «Анна в тропиках», где героиня натурально писает на сцене, да ещё стоя.

Поскольку я много раз говорил, что не желаю публично обсуждать жареные новости, то от рефлексирующей пишущей братии скромно открещиваюсь, что, правда, никак не страхует меня от написания глупостей, даже если они и благоглупости, навеянные ошибочными представлениями о происходящем. В любом случае, это уже не рефлексия, а об остальном судить читателю.

Кстати, о читателях.

Современный читатель – не менее рефлексирующая братия, клюющая на жареное, как муха на …, например, на написанную лужу. И здесь я вновь обращаюсь к русскому языку, совершенно и однозначно поднимающего писателя неизмеримо выше читателя. Есть в нашем языке большой куст однокоренных слов, неразрывно семантически связанных между собой. Слова эти: «читать» (а так же «считать») и «чтить» («почитать», «почтение»). В других языках, кстати, этого нет и в помине. Сказанное означает простую, идущую из глубины русских веков, истину: любой текст должен быть написан так, чтобы вызывать почтение у читателя, в противном случае написанное превращается в лужу, неестественным образом написанную на сцене, когда читатель усилиями писателя превращается в муху.

А теперь главное.

Новость о выводе из Сирии группировки российских ВКС – это уже и не новость вовсе, во всяком случае, если для кого и новость, то далеко не жареная. Поэтому, ничуть не отступая от своего правила, скажу и я несколько слов на фоне той беспрецедентной вакханалии, которая началась и продолжается в публицистической среде, породившей поток интерпретаций, от апокалиптически-обвинительных, до восторженно-ликующих. В результате, на выходе вновь замкнутый круг, в центре которого даже не лужа, а куча… (сами догадайтесь, какая). И лишь читатели, с глубоким почтением (не важно, интуитивно или осознанно) относящиеся к семантике русского слова, и столь же глубоко снисходительно — к рыночно-писающей публицистике, совершенно справедливо, хотя и немного резко, замечают:

2

А для тех, кто сомневается в первоисточнике слов Президента, предлагаю внимательно прочитать его слова так, как они звучат в оригинале:

«Задача, поставленная перед министерством обороны и Вооруженными силами, в целом выполнена, поэтому приказываю министру обороны с завтрашнего дня начать вывод основной части нашей воинской группировки из Сирийской Арабской республики»

— и обратить внимание на не такой уж и загадочный смысл словосочетания «основная часть» в его чрезвычайно интересном современном геополитическом контексте.

Повторю дословно однажды мною сказанное: «…если вы не идёте к геополитике, то она, со всей своей циничностью и жестокостью, придёт к вам. Причём «идти к геополитике» совсем не означает с умным видом рассуждать о ней, как о чём-то далёком и любопытном. Это означает одно — всегда быть готовым встретиться с ней лицом к лицу.

Правила геополитики – это не шахматы, освоить которые, в той или иной степени и при желании, может каждый. Хотим мы того или нет, но правила там разные, например, есть правила публичные, а также абсолютно негласные. Придумали эти правила для решения государственных задач, а в эту сферу имеют доступ далеко не все люди и даже не все государственные организации и институты. Если в орбиту геополитической комбинации попадает случайный человек, то поставленная задача сразу ставится под угрозу. Когда такое случается, бывает всякое, вплоть до того, что такие случайные люди исчезают бесследно и тогда комбинация продолжается. Это одно из жёстких правил геополитики. Поэтому простому смертному некоторые вещи знать совсем не нужно, потому что смертельно опасно. И он их никогда не узнает. А если случится, что случайно узнает, но не будет чесать языком направо и налево, тогда возможно будет жить столько, сколько отпущено. В противном случае за его жизнь никто не даст и ломаного гроша. Поэтому самый лучший рецепт выживания – узнал и забыл всё, как страшный сон. Это тоже правило, но не правило геополитики, а правило выживания в геополитической мясорубке. Всё остальное можно оставить для голливудских сценариев и детективных боевиков, где одиночка легко ставит на уши лучшие спецслужбы мира. Всё это я к тому, что поспешно судить о действиях власти надо без истерик и без паники, тем более тем, кто сам за эту власть голосовал».

Уважаемые господа публицисты, как консерваторы, так и либералы, а так же все, кто между ними, если уж вы посчитали себя писателями, то, по крайней мере, уважайте своего читателя, ничуть не менее умного, чем вы и очень часто воспитанного в почитании к «печатному слову», ибо:

Нам не дано предугадать,
Как слово наше отзовется, —
И нам сочувствие дается,
Как нам дается благодать…

Это, собственно, о наболевшем, а если читатель сочтёт, что получилось «ни о чём», то тем лучше. Значит, читатель всё сразу понял и просто думает точно так же.

Публицист, бизнесмен.

Похожие материалы

Националисты вполне объяснимо не поддерживают западнорусские идеи, но часто это отсутствие...

Человечество должно стать интернациональным, защищаясь объединением, или отказаться быть вовсе и...

Это книга о времени и человеке во времени. Время становится материальным. Оно остро, порой...