14 сентября 2010 г. в Свято-Владимирскойдуховной семинарии (Православной Церкви в Америке) прошла церемония вручения степени доктора богословия honoris causa профессору Христосу Яннарасу, греческому богослову, специалисту в области этики и религиозной философии, выступившему в этот день с лекцией на тему «Триединство Бога как основание экзистенциальной свободы». Христос Яннарас — автор множества книг, одну из которых «Свобода морали» («The Freedom of Morality») издала Свято-Владимирская семинария.

А чуть ранее, в мае того же года, Яннарас побывал в Москве, где встретился со студентами и преподавателями духовных академий — Санкт-Петербургской и Московской, а также Сретенской духовной семинарии. Он пообщался с прихожанами храма святой мученицы Татианы в притворе университетского храма, где рассказал о своем видении общины и ее соотношении с административной структурой церкви («Приход — это умение делиться своим я»).

Пятью годами ранее в России уже была издана книга, где собраны работы Яннараса[1], содержащие рассуждения об онтологии Хайдеггера и святоотеческой мысли, где личность представлена как то, в чем «есть» бытие, а эрос — как способ ее существования.

Примечательно, что отечественный читатель, даже специально интересующийся философией, был несколько ошеломлен новостью, что у нас появилось сочинение «современного греческого философа», поскольку все «любители мудрости», представители ?????????, остались в далеком прошлом, в Древней Греции, а в наше время Греция — страна, где проживают всего лишь «профессора философии», о которых мало кто знает за пределами их отечества. Ведь еще в 529 г. император Юстиниан запретил преподавание эллинской философии, закрыв последнюю школу в Афинах — платоновскую Академию. С тех пор если в каком-либо крае объявлялся кто-нибудь «родом из греков» и именовался философом, то лишь потому, что знал точно, что можно выписать для спасения души из сочинений Платона или Аристотеля.

В самой Элладе с тех пор также довольствовались исключительно богословием, только поменяв языческий политеизм на моно, с его учением о Троице, в силу чего частично пригодилось наследие Стагирита и его великого учителя, старательно переписываемые в христианских монастырских скрипториях. Для подобного и университеты оказались не нужны — старейший здесь, Афинский, появился лишь в 1837 г., а следующий, в Салониках, спустя век.

И если в Элладе мыслители двигались в направлении «от мифа — к Логосу», то в Греческой Республике сегодня иной вектор, другая доминанта: «от Логоса — к индексу Хирша», и странички на университетских сайтах, где изложены curriculum vitae, отображают заботу о наукометрических показателях. В общем-то, как и у нас — философов нет, а профессоров и доцентов (специалистов в этой области умозрительности)  полно. Хотя у нас и пытаются выдать Христоса Яннараса за греческого философа, сам он склонен считать себя богословом.

Однако в его жизни и творчестве можно найти несколько интересных моментов, имеющих отношение и к нашей философии.

Многие работы Яннараса давно переведены на различные языки, благодаря чему он стал одним из самых читаемых в мире современных греческих мыслителей, и по его творчеству уже даже защищают диссертации[2]. Многие отмечают влияние на него идей Сартра и Хайдеггера, однако я выделю один раздел учения, благодаря которому Яннарас предстает перед нами одним из искателей «нового религиозного сознания», последователем «метафизики пола», типа сознания, характерного для мыслителей Серебряного века.

К освоению богословия Яннарас приступил в Афинах (1954-1958), тогда же присоединился к братству «Зои» («Жизнь»), затем к «Сотиру» («Спаситель»), но, оставив и его, принял участие в издании журнала «Синоро» («Граница»), занявшись обновлением церковной жизни. Одновременно с богословием он осваивал и философию. В 1968-1970 гг. Яннарас живет в Париже и работает над диссертацией на тему «Метафизика тела у св. Иоанна Лествичника». Сюда он приехал с желанием непосредственно познакомиться и приобщиться к жизни русской диаспоры, о которой уже знал заочно.

Среди новых его знакомых — Павел Евдокимов, живший в скромной квартире в предместье Парижа, с которым Яннарас обсуждал различные богословско-философские проблемы. Самым большим открытием для него стал русский церковный приход, как «собрание общающихся личностей». Его поразило, что русские переселенцы принесли с собой в Европу не особую церковно-богословскую традицию, более духовную и мистическую, а подлинное «богообщение», чем оживили закостеневший язык богословского академизма и морализма, и это было подобно чуду после столетий «вавилонского пленения», подражания интеллектуализму и юридическому морализму Запада.

Вскоре Яннарас стал для греков одним из лидеров неформального движения православных интеллектуалов, чей образ мышления существенно отличается от принятых в среде традиционалистски настроенных христиан. Это движение часто обозначается как «неоортодоксия» или «нео-православие», однако сам Яннарас отвергает данный термин, как журналистский ярлык, поскольку для него вновь обретенное православие является не «реконструкцией?», а обретением глубоких и живых корней подлинного, аутентичного христианского Предания.

Молодые интеллектуалы, не удовлетворенные «братствами» и всевозможными христианскими «организациями», в поисках подлинной православной традиции вышли на труды русских эмигрантов, обосновавшихся в основном в Париже, которые помогли им вдохнуть в богословие экзистенциальный? дух и, в противовес господствующему академизму, возродить живое богословствование.

С 1982 г. Яннарас становится профессором философии в Афинском Университете социальных и политических наук, а в сентябре следующего года появляется в свет книга «Алфавит Веры», переведенная на французский язык Михаилом Ставровым под названием «Живая Вера Церкви» (La Foi vivante de l’Eglise»), с подзаголовком «Введение в православное богословие». Автор позиционирует себя не как мыслитель или философ, а как богослов, рассматривая свой труд глубоко верным православному преданию, где излагается вера Православной Церкви, а не просто размышления автора.

Однако консервативные круги (при всех оговорках) восприняли эту книгу, как типичный продукт либерального интеллектуала, а не как православное, или даже «нео-православное», учение, особенно в той части, где содержится рассуждение об образе Божием, в основе которого анализ половой любви.

Учение об образе Божием развито, в частности, в седьмой главе его книги, в разделе, «Различие полов». Основываясь на 27 стихе первой главы Бытия: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его, мужчину и женщину сотворил их», Яннарас утверждает, что церковная экзегеза давно увидела в этой фразе выражение связи между образом Божиим в человеке и любовным влечением, в силу которого люди реализуют свою жизнь в единении с противоположным полом. Половое разделение является образом троичной жизни, и различие это обусловлено необходимостью выразить в рамках тварной природы образ жизни нетварного.

Другими словами, для Яннараса мужчина и женщина обнаруживают, что они личности, в половых отношениях которые устанавливают некое со-существование, единство жизни. Женщина есть образ природы, в противоположность мужчине — символу слова (логоса). Без соединения мужского и женского жизнь невозможна, и любовное влечение, сексуальная любовь являются образом Божиим в человеке. Именно в половом различии человек раскрывается или осознает себя личностью и ипостасью, а в плотском совокуплении реализует в твари нетварную тринитарную модель.

Бог любит человечество той же самой эротической любовью. Подлинный эротизм, таким образом, осуществлен в Церкви христианином, понимающим подлинный смысл этого влечения.

Книга Христоса Яннараса, который обнаруживает в эротических отношениях между мужчиной и женщиной аналогию отношений между лицами Святой Троицы и то, что нас делает «образом Божиим», была положительно оценена во Франции, а в Греции она издана тиражом более 60 000 экземпляров!

Однако были здесь и недовольные «богословием эроса», которое выдается за богословие Писания и Отцов Церкви, поскольку автор цитирует святых Максима Исповедника и Иоанна Лествичника, тогда как на самом деле оно основывается на древнейших гностических традициях. И чтобы показать эту гностическую преемственность в учении греческих «нео-православных» и изучить источники мыслей Христоса Яннараса, Патрик Рансон, принявший сан священника в 1983 г., отец четырех детей, подготовил специальную брошюру «Учение нео-православных о любви».

Опираясь на цитаты Яннараса, он показывает, что они сходны с цитатами из Павла Евдокимова, который, в свою очередь, унаследовал это учение из другого источника, в частности, из софиологии Соловьева.

Посредствующим звеном здесь оказался Бердяев.

Роль Павла Николаевича Евдокимова, с которым, работая в Сорбонне над диссертацией, часто общался Яннарас, в формировании взглядов греческого философа сложно переоценить. Среди работ Евдокимова есть книга «Брак, таинство любви» (Le Mariage Sacrement de l’Amour, 1944), где он говорит о «троичности» любви, размышляет о таинстве брачной жизни, объединяющей супругов во Христе, который укрепляет любовь. Есть у него еще и книга «Женщина и спасение мира» (La Femme et le Salut du Monde. P., 1958), с подзаголовком «Учение христианской антропологии о харизмах женщины», посвященная таинству брачной жизни.

И потому не без оснований Яннараса можно считать одним из учеников Евдокимова, который заимствовал у учителя основные положения своей философии любви.

Для Евдокимова первый человек сотворен андрогином по образу Божию, и половое различие было разделением мужского-женского состояния, которое снова становится «образом Божиим», будучи вновь объединено. Именно грехопадение сделало половое разделение неким противопоставлением, упразднить которое и должно христианство.

Поскольку, согласно Евдокимову, Адам был андрогином, то в христианстве наступит момент, когда прежнее — андрогинное — состояние будет восстановлено. Троица содержит архитипически мужское (Логос) и женское (Святой Дух) начала, и единство двух имеет целью Отца.

Поскольку отцы Церкви не создали разработанную антропологию (они были монахами и не понимали богословие любви) то необходимо исправить аскетику и «вернуться к райской благодати эроса». За это дело и взялся Яннарас, внимательно слушавший Павла Евдокимова и прочитавший его труды.

Ну а Евдокимов, в свое время одним из первых записавшийся в Париже в Свято-Сергиевский институт, среди прочих внимательно слушал и Бердяева, который полагал, что наиболее полное и высокое учение о человеке может быть построено только на основе мифа об андрогине, принадлежащего к самым древним и глубоким по смыслу, и что он своим существованием обязан более углубленному, «эзотерическому толкованию книги Бытия».

Конечно миф об андрогине чужд для господствующих богословских учений, его отрицают вследствие «экзотерического характера», отрицают «Небесного Человека, Адама Кадмона» и учат лишь о человеке «земном, натуральном, эмпирическом», т.е. признают только «ветхозаветную антропологию, построенную ретроспективно с точки зрения греха»[3]. Не менее интересные суждения на тему пола и эроса содержатся и в «Смысле творчества» Николая Бердяева, и в его книге «Философия свободного духа. Проблематика и апология христианства» (1927-1928).

В сочинении «Христос в русской мысли» («Le Christ dans la pens?e russe») Евдокимов отмечал, что истина, открытая Отцам Церкви, передана в наследие византийским богословам. Затем ее получило и русское богословие, и вместе с Соловьевым (представленным здесь аскетом, обладавшим «даром ясновидения» и имевшим «уединенные беседы и мистические видения») «засвидетельствовало свою верность Великой Традиции».

Именно от Бердяева Евдокимов мог, углубляя философию эроса, дойти до «Смысла любви» Соловьева[4], о котором в «Русской идее» он сообщал, что тот является первым христианским мыслителем, рассмотревшим физическую любовь не как движущую силу размножения, и что в «гениальных прозрениях «Смысла любви» ставится проблема антропологическая»[5].

Таким образом, уже из этого беглого и краткого обозрения видно, что философия эроса Яннараса имеет российские истоки: основными положениями своего учения он обязан Павлу Евдокимову, который черпал вдохновение в софиологии Соловьева, а посредствующим звеном здесь выступил Бердяев, разрабатывавший, среди прочего, «метафизику пола».


[1] Яннарас Х. Избранное: Личность и Эрос. М.: Росспэн, 2005. Перевод с новогреческого Г. В. Вдовиной; http://predanie.ru/lib/book/159577/

[2] Grigoropoulou, Evaggelia (2008): The early development of the thought of Christos Yannaras. Doctoral thesis, Durham University.

[3] Бердяев Н.А. Из этюдов о Я.Бёме. Этюд II. Учение о Софии и андрогине. Я. Бёме и русские софиологические течения // Путь. Париж, апрель 1930. № 21. С.40.

[4] Vladimir Soloviev, Le sens de l’amour, Aubier – Montaigne, 1946.

[5] Berdiaev N. L’Idee russe, Paris, 1969.

Историк философии, профессор философского факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова

Похожие материалы

А.П. Бородину удалось создать образ талантливого, решительного, энергичного, работоспособного,...

Богословскую сердцевину либерализма составляет наиболее радикальное из возможных отвержение...

Главным фактором рекрутирования в высшую элитную прослойку на Западе может считаться наличие...