Русская Idea возвращается к теме гражданской войны, которую мы обсуждали в 2018 году в связи со столетием разгона Учредительного собрания и началом гражданской войны. Одна из точек зрения на проигрыш Белого движения – раскол в стане белых. Историк Леонид Прайсман полагает, что символом этого раскола стал военный переворот Александра Колчака ноября 1918 года.

Нам со своей стороны хотелось бы отметить, что отсутствие внятной демократической составляющей в русском дореволюционном консерватизме, особенно в период после 1905 года, сыграло свою трагическую роль в гражданской войне, когда так называемая демократическая альтернатива оказалась связанной сугубо с эсерами, той силой, которая до событий 1917 года из государственническом перспективы ассоциировалась, в первую очередь, с терактами.

Понятно, что в условиях гражданской войны более востребованной является диктатура. В то же время, если бы в консервативном стане были сторонники демократических ценностей, «белым» оказалось бы намного проще инкорпорировать те силы, которые олицетворяли собой так называемый третий путь – легитимность Учредительного собрания, демократизм и социалистические ценности. Раскол противников большевиков на «демократическую альтернативу» и «белых», и последующий проигрыш и тех, и других – тот урок, который, как нам кажется, необходимо извлечь всему прогосударственническому, патриотическому, консервативному сообществу.

 

***

Любовь Ульянова

— Уважаемый Леонид Григорьевич! У Вас только что вышла книга «1917–1920. Огненные годы Русского Севера», а до этого, в 2015 году – книга «Третий путь в Гражданской войне. Демократическая революция 1918 года на Волге». Нас в свое время интересовала история идеи Учредительного собрания в годы гражданской войны – как единственного, по сути, легитимного органа власти, ведь именно этому институту передал власть Михаил Александрович в марте 1917 года. Нас интересовало, насколько несли в себе эту легитимность те, кто поднял флаг Учредительного собрания, как, скажем, КомУЧ, могли бы эти люди создать демократическую альтернативу. В 2018 году у нас было два интервью – с историком офицерства в годы гражданской войны Андреем Ганиным и историком Белого дела Василием Цветковым. Любопытным образом они оба категорически высказались за то, что в годы гражданской войны была возможна только военная диктатура, ни о каком третьем демократическом пути речи идти не могло. И большевики победили потому, что механизмы военной диктатуры освоили лучше, чем белые. С точки зрения логики Белого дела, Александр Колчак, разгромивший Комуч, правильно поступил. Согласны ли Вы с этими утверждениями? Был ли возможен третий, условно демократический путь в годы гражданской войны?

Леонид Прайсман

— Идея Учредительного собрания была абсолютно легитимной. После того как Михаил отказался от «восприятия власти», с тем, что будущее страны решит Учредительное собрание, были согласны все партии и подавляющее большинство населения страны.

Что касается различных путей в гражданской войне. В том, что касается диктатуры, истребления жизней, уничтожения целых слоев населения (в России был впервые применен социальный геноцид: дворянство, буржуазия, священники, расказачивание) с большевиками равняться никто не мог. Комуч был демократической властью, но его лидеры прекрасно понимали, что возврат к политике Александра Керенского невозможен. Поэтому военнослужащие были лишены права голоса; когда нужно было осуществлять жесткий курс, они его осуществляли, иногда более чем жесткий. Когда Народная армия взяла Казань, все попавшие в плен латышские стрелки были расстреляны – обычная практика первого года гражданской войны. Был военно-полевой суд, который признал их иностранцами, вмешивающимися во внутренние дела России, хотя Латвийское государство еще не было образовано и латышские стрелки были граждане Российского государства.

Колчак совершил главное преступление: он развязал гражданскую войну в антибольшевистском лагере. Он расколол ранее единый лагерь. Правое офицерство на севере свергло 6 сентября демократическое правительство Николая Чайковского, но помешали вмешательство иностранных послов, всеобщая забастовка, объявленная в Архангельске. Чего добился Колчак? Выдающийся флотоводец, гениальный полярник, прекрасный ученый, но полная пародия на диктатора, абсолютно ничего не понимающий в гражданских вопросах, о чем он сам говорил. О сухопутной войне говорить просто смешно, все белые генералы писали о том, что Николай II на посту главнокомандующего был лучше Колчака, т.к. Николай доверял Михаилу Алексееву и не вмешивался в военные вопросы, а Колчак вмешивался, и каждое решение было чудовищным.

Колчаковский режим добился того, что большинство крестьян Сибири, да и всей России, поддержали большевиков. Большинство крестьян, несмотря на восстания против красных, понимали: война кончится, а земля – наша. В 1921-м году, когда гражданская война закончилась, а чудовищная политика большевиков в деревне не смягчилась, начались восстания, от Кронштадта и до Сибири, но было уже поздно. И Россия получила то, что получила. Если бы третий путь победил, наверное, строй был примерно, как сейчас в Германии или Скандинавии.

 

Любовь Ульянова

— А что такое третий путь?

Леонид Прайсман

— Восстание в Кронштадте или восстание Антонова – тоже третий путь. Он мог быть выражен по-разному: одну линию предлагали эсеры и меньшевики, другую кронштадтские повстанцы, третью – атаман Махно. Белая альтернатива в любом случае была бы лучше красной. Конечно, был бы террор какое-то время, но страна развивалась бы в русле конституционной монархии.

 

Любовь Ульянова

— А в чем политически состоял бы третий путь, в чем его демократизм? Приоритет местному самоуправлению?

Леонид Прайсман

— Безусловно, развитие местного самоуправления, отпускались колоссальные средства на его содержание, в том числе на земства. Широкая свобода для прессы, хотя, естественно, были ограничения. Защита прав рабочих, иногда даже чрезмерная. Это демократический путь, но в условиях гражданской войны. Совнархозы не уничтожили в Самаре, а в Архангельске уничтожили. Красное знамя в Архангельске было отменено, а в Самаре было оставлено.

Ижевско-Воткинское восстание, когда 40 тысяч рабочих дрались против красной армии как звери. Они пытались наладить связь с Комучем, и Комуч послал несколько членов. Когда ижевские рабочие шли в атаку, самые отборные красные части в панике отступали. Рабочие хотели отстоять свой город. Эти части были лучшими войсками Колчака. Они часто ходили в атаку под красным знаменем, все было очень своеобразно в годы гражданской войны. Рабочие являлись идейными противниками советской власти. В Ижевске, как на многих государственных заводах Урала существовали особые условия: например, рабочие получали большую зарплату, выходили на пенсию в 56 лет, многие рабочие фактически превратились в буржуа, у них были свои мастерские, где выпускались охотничьи ружья и т.д. свои дома. Дети учились в гимназиях, бесплатная медицина, образование, беспроцентные ссуды и т.д. Фантастические условия.

 

Любовь Ульянова

— А что собой представлял демократический путь на севере?

Леонид Прайсман

— Речь идет о ВУСО – Верховное управление Северной областью, было образовано 2 августа 1918 года после того, как произошло восстание в Архангельске, которое готовил капитан 2 ранга Георгий Чаплин, связанный с английским посольством. Англичане ему выдали паспорт на имя Томпсона. В подготовке восстания участвовали эсеры, народные социалисты, во главе с Чайковским. Им было необходимо, чтобы подошла союзная эскадра из Мурманска. Это случилось в ночь с 1 на 2 августа. Цели были далеко идущими – освободить Вологодскую губернию и ряд других, даже Ярославскую. Было объявлено, что это – восстановление законной власти, в правительство вошли только члены Учредительного собрания. Были восстановлены земства, профсоюзы, установлена свобода прессы. Но были и созданы следственные комиссии, расследовавшие действия советской власти.

Трудность заключалась в том, что против созданного правительства выступали правые офицерские круги – офицеры, переброшенные из Петербурга, а, кроме того, союзники во главе с английским генералом Фредериком Пулем, который служил в колониях и привык относиться к «аборигенам» презрительно. Ему нравился Чаплин и очень не нравились социалисты. Чайковский, будучи государственником, заботившийся о престиже России, выступал против грубого вмешательства англичан во главе с Пулем во внутренние дела Северной области.

Чаплин – неплохой организатор, но авантюрист – решил совершить переворот. Он договорился с комиссаром правительства Старцевым, что тот возьмет на себя управление всеми гражданскими делами, послал роту солдат, которая арестовала большинство министров, , и выслал их на Соловки. Однако на следующий день во время парада дипломаты задали вопрос Чаплину – «а где министры», американский посол сказал, что это возмутительнейшее преступление против законной власти. В городе началась всеобщая забастовка протеста, начали формироваться крестьянские отряды. Тогда сосланных вернули, и после долгих переговоров было создано новое правительство.

Чайковский понимал, что претендовать на управление всем Севером, когда под контролем правительства находилась только Архангельская губерния, не реально, полагал, что входить в правительство могут только члены Учредительного собрания.

В конце концов, было образовано Временное правительство Северной области (ВПСО), в которое вошли в основном кадеты. Пока был у власти Чайковский, демократический путь сохранялся, несмотря на некоторые перегибы в области юстиции. Хотя все дела по перевороту были прекращены, офицеры отпущены и отправлены на фронт, но держали в тюрьме тех, кто выступил против переворота, включая печатников, которые отказались печатать приказы Чаплина.

Чайковский был избран в состав Русского политического совещания и, хотя, уезжая в Париж 24 января на корабле, снял шляпу и крикнул своим товарищам «Знамя держите! Не опускайте знамени!», генерал Миллер, военный дипломат, убежденный монархист, которого пригласил Чайковский, постепенно сосредоточил в своих руках власть. Так ситуация и просуществовала до момента эвакуации в феврале 1920 года.

На севере войска ВПСО соединились с войсками Колчака, поэтому позже они признали его верховным правителем России, хотя Чайковский никогда не простил Колчаку свержение Директории. После отступления армии Колчака они остались правительством Северной области, были вынуждены пойти на созыв земско-городского совещания, и для демократического фасада ввели в правительство представителей эсеровской партии.

 

Любовь Ульянова

— На Ваш взгляд, сыграла ли иностранная интервенция роль в поражении белых? Большевики в конечном итоге победили под патриотическими лозунгами.

Леонид Прайсман

— Колоссальную роль в гражданской войне сыграло восстание Чехословацкого корпуса. Солдат корпуса везли во Владивосток, чтобы оттуда отправить на поля сражений Первой Мировой войны во Францию. Несмотря на то, что было подписано соглашение между командованием корпуса и советским правительством о том, что чехословаки беспрепятственно доедут до Владивостока, но большинство оружия  сдадут представителям советской власти. Руководство корпуса полностью выполнило условие соглашения. Но по дороге местные советы чинили им всяческие препятствия – задерживали отправку эшелонов, и легионеры должны были сдавать даже разрешенное им оружие за возобновление движения. В пути они все время сталкивались с венграми, т.к. военнопленных венгров было очень много в Красной армии. Чехи и словаки видели в венграх и австрийцах своих угнетателей. В Челябинске из проходящего венгерского эшелона был брошен брусок, который пробил голову чешскому легионеру. Чехи остановили состав, избили всех, кто находился в вагоне, и убили, бросившего брусок. После этого арестовали нескольких чехов. Они послали делегации в челябинский совет, арестовали одну делегацию, вторую. Чешским полком командовал русский полковник. И они, фактически безоружные, захватили город. Когда об этом стало известно, Лев Троцкий издал свой знаменитый приказ о том, что все эшелоны Чехословацкого корпуса должны быть разоружены, если в районе железной дороги будет найден хоть один вооруженный чех, он должен быть расстрелян, а весь состав помещен в концентрационный лагерь. Чехи об этом сразу узнали, моментально начались столкновения. Помимо чехов в этих восстаниях участвовали эсеровские боевые дружины, крестьяне, казаки, офицеры. Они освободили колоссальную территорию. После того как закончилась Первая мировая, они ушли с фронта гражданской войны, образовалось Чехословацкое государство и начались территориальные конфликты с Польшей, Румынией. Легионеры были демократически настроены, у них были хорошие отношения с Комучем, с Директорией, с эсерами.

Но после колчаковского переворота ситуация изменилась. У чехов были свои счеты с русскими офицерами. В чем здесь дело? В годы Первой мировой войны чехи часто сдавались полками, со знаменами переходили на сторону русской армии. Была организована чешская дружина, из тех, кто имел гражданство или жил в России (чехов в России было более ста тысяч). Были колонисты на Волыни, среди них были преподаватели физкультуры, латинского языка, в Киеве были крупнейшие заводы по выпуску музыкальных аппаратов. Еще до Первой мировой у чехов была надежда на старшую сестру – Россию, велись нелегальные переговоры о включении Чехословакии в состав Российской империи. Чехи и словаки мечтали, чтобы «крест святого Вацлава воссиял в короне Романовых». Но когда они переходили на сторону русской армии, для того чтобы сражаться против своих врагов – немцев и австрийцев, их отправляли в лагеря военнопленных, на строительство Мурманской железной дороги, половина там осталась в гробах. В колчаковцах они видели тех, кто их угнетал во время Первой Мировой войны. Поэтому к белым они относились плохо. Начался их уход с фронта.

Среди местного населения к ним стала возникать ненависть. Они были хорошими хозяйственниками, создали заводы по производству пива, колбас, пластинок, закупали скот, чтобы потом вывести в Чехию. Русский генерал Будберг писал: «Эти практичные немецкие метисы отлично учли свое теперешнее значение и его выгоды». В русских городах распевали частушки: «Русский с русскими воюют. Чехи сахаром торгуют». И во время их отступления были страшные трагедии. Легионеры, контролировавшие железную дорогу, первыми пропускали чехословацкие эшелоны. В остальных эшелонах было много замерзших, многие попали в плен к красным. Но в чешских поездах были вывезены многие сотни русских граждан. Выдача чехами Колчака было преступлением.

Но в первый период гражданской войны чехи сыграли выдающуюся роль.

Что касается другой интервенции. Англичане, по воспоминаниям русских генералов, вели себя не как в освобожденной, а как в завоеванной стране. В то же время интервенция им стоила больших денег, продовольственное обеспечение Русского Севера, снабжение русской армии было взято ими на себя.

Так что здесь все сложно.

 

Любовь Ульянова

— Можно ли говорить, что если бы не восстание чехословацкого корпуса, еще неизвестно была ли война гражданская? И означает ли это, что когда случается какой-то слом, побеждает радикальная сила в лице большевиков, то в масштабах всей России, без внешнего участия невозможно сбросить эту радикальную власть?

Леонид Прайсман

— Начнем с того, что при помощи внешней силы власть не сбросить, гражданская война все равно была бы. И в самой России хватало сил для этого, была Добровольческая армия (тоже с чешским батальоном). Гражданская война была бы все равно, но чехи сыграли огромную роль в образовании армии.

 

Любовь Ульянова

— Чему посвящена Ваша только что вышедшая монография?

Леонид Прайсман

Книга «1917-1920. Огненные годы Русского Севера:» посвящена гражданской войне на Севере, роли северного фронта в общем гражданском конфликте. Она не только о попытке третьего пути на Севере России, но и о том страшном красном режиме, который там установился.

Часть офицеров была вывезена, так как начиналась война с Польшей, но основная система концлагерей была создана именно там. Холмогорский лагерь можно считать первым лагерем смерти. В нем расстреливали огромное количество людей. Всего же в северных концентрационных лагерях в 1920-21 годах содержалось около ста тысяч человек, туда присылали со всей России: кронштадтских матросов, деникинцев, казаков, врангелевцев и т.д. В Архангельске были арестованы большое количество представителей интеллигенции, очень много учителей. Большевики наводили порядок на территориях, которые были завоеваны последними, зверскими методами.

 

_____

Наш проект осуществляется на общественных началах и нуждается в поддержке своих читателей. Будем благодарны за помощь проекту:

Номер банковской карты – 4817760155791159 (Сбербанк)

Реквизиты банковской карты:

— счет 40817810540012455516

— БИК 044525225

Счет для перевода по системе Paypal — russkayaidea@gmail.com

Яндекс-кошелек — 410015350990956

Советский и израильский историк, специалист по истории политической полиции Российской империи, провокации, гражданской войны

Спрашивает

Кандидат исторических наук. Преподаватель МГУ им. М.В. Ломоносова. Главный редактор сайта Русская Idea

Похожие материалы

Мы обратились к некоторым из наших авторов, а также непосредственным участникам событий, с двумя...

В современном медиапространстве возмущение вызывает, конечно, много чего. Например, когда...

Описание «присоединения» Сибири к России выглядит таким бесконечно нудным «освоением». Какие-то...