Я не вхожу в число больших поклонников Гоголя и как-то не нахожу у Николая Васильевича фраз на каждый день. Чтобы коротко, по сути, по делу, и так, чтоб с уверенностью, что лучше не скажешь. За такими определениями ситуаций обычно обращаюсь к Высоцкому или Ильфу с Петровым. Но на прошлой неделе меня просто преследовала тирада от Вия: «Поднимите мне веки!»

Сначала – как оценка событий, происходивших в испанских СМИ, которые из иностранных читаю, по сложившейся традиции и рабочей необходимости, первыми. Потом – как подтверждение того, что оценка не локальна, а всеобща или, как минимум, континентальна, поскольку итальянские, британские, французские и германские газеты говорят о том же. Сомнительно, что по команде из вашингтонского обкома – вряд ли бы там занялись самоуничижением.

Европе действительно подняли веки. Было ли на то от нее ходатайство? Уверен, что нет. Скорей всего, спросить не успели, а сыграл философский закон перехода количества в качество и Старый Свет неожиданно для обывателя, но ожидаемо для аналитика, открыл для себя Россию. Вернее, ее лидера. Еще вернее – роль, которую он играет в мире.

Открыв глаза, Европа обнаружила, что у нее под впечатлением увиденного еще и незаметно открылся рот. Да что там – «открылся»! Челюсть просто отпала, и захлопнуть ее, похоже, удастся нескоро. Впрочем, все зависит от Путина. От тех решений, которые он будет принимать и шагов, которые будет делать. Наши западные друзья любят жаловаться на то, что российский президент непредсказуем. Значит, поводов для удивлений в самом скором времени у них будет более чем достаточно, и о желании закрыть рот потому они вспомнят далеко не завтра.

«Путин – демон или союзник?» — увертюрой недели прозвучала статья в испанской La Republica.

«Кризис беженцев показал, что европейские политики не научились правильно оценивать ситуацию и находить верные аргументы. Война на Ближнем Востоке создала серьезные проблемы для структуры ЕС, поставив Содружество на грань взрыва. Неожиданно выяснилось, что спасти Евросоюз может только Россия. Своим вмешательством в конфликт по просьбе сирийского руководителя Москва показала, что остановить и разбить ИГ – задача выполнимая. Заявив своими действиями об этом, Кремль тут же прозрачно намекнул, кому именно под силу справиться с этой проблемой. Владимир Путин, которого старательно демонизировали при каждом удобном случае, и которого еще два дня назад считали врагом, подлежащим уничтожению, вдруг оказался другом. Реальным, сильным и, в общем-то, единственным заступником Европы. Меркель, как и положено главе государства-лидера ЕС, поняла это первой. Пару дней спустя (после парижских терактов – прим. авт.) это дошло и до остальных».

«В тот момент, когда Обама уже вычеркнул Россию из числа влиятельных игроков в регионе, мир неожиданно изменился. Понятие собственной исторической исключительности, укоренившееся в американском обществе, заставило его утратить чувство реальности и это ослабило Америку. Москва же, наоборот, воспользовалась ситуацией и проявила свою военную и политическую мощь. Россия больше не катится в пропасть. Неожиданно для тех, кому она казалась полумертвой, Россия резко вскочила, выпрямилась во весь свой гигантский рост, развернула грудь и обнажила крепкие мускулы».

La Republica – газета социалистической ориентации, ей, в какой-то мере поклон в сторону Путина «простителен». Но когда при чтении El Mundo, El Pa?s, ABC, изданий жестко направленных на охрану так называемых «европейских ценностей», в отсутствии уважения к которым Москву и обвиняют, обнаруживается, что ветер действительно поменял направление на противоположное, осторожно задаешь себе вопрос: «Неужто началось?»

«Давление со стороны западных государств на Путина, защищающего Асада, усилилось. Кажется, Обама надавил на все рычаги, которые в его распоряжении имеются, но хозяин Кремля не только не смягчил тональность своих речей, напротив, он стал выступать еще жестче», — отметила El Mundo, в чьей статье между строк читается: «По-нашему – это шок»: Путин, которого вроде бы подвергли остракизму несколько месяцев назад на встрече Двадцатки в Австралии, не пришел с повинной. Оказалось, что тогдашний его досрочный отъезд надо воспринимать не как обиду отверженного, а как «да пошли вы…» сильного, уверенного в себе лидера, который знает, как добиться победы.

Знаменитая путинская реплика насчет законов уличного выживания «если драка неизбежна – бей первым» стала неожиданным откровением для общества, которое пуще смерти боится показаться нетолерантным. Социума, который вместо того, чтобы поставить «быкующего» хулигана на место, расквасив ему нос, предпочитает терпеть тумаки и годами таскаться по нескончаемым судам в надежде, что зло будет наказано, злу станет стыдно, и оно непременно покается.

Российский президент, как известно, и не думал плакаться о том, что его не поняли, и принимать позу непризнанного гения, спрятавшись в медвежьем углу на краю цивилизации. В его планы входило убедить многочисленных пляшущих под заокеанскую дудку «партнеров» в том, что в определении «есть два мнения – мое и неправильное» мысли Запада составляют последнюю категорию. И в этом нет авторитаризма, а присутствует один только сухой, отстраненный, без эмоций, анализ ситуации. И, что очень важно – в этом анализе содержится не только диагноз болезни, но и рецепт лечения мира от нее.

Речь главы России на Генеральной Ассамблее ООН впервые заставила западных политиков думать о Путине не как о воплощении мирового зла, а как о едва ли не единственной на данный момент реальной силе, способной этому злу противостоять. Европейская пресса в тот момент зашевелилась. Разобрав на цитаты выступление ВВП, европейские СМИ регулярно впадали в экстаз, вставляя в свои материалы куски из его речи. Фраза «Вы хоть понимаете, что вы натворили?» заняла бы первое место в хит-параде октября (проводись такой, разумеется) с отрывом от остальных на «дистанцию огромного размера», который точнее всего выражается словом «бесконечность».

Но это был еще не поворот. Это было все еще количественное накопление, за которым западная пресса пока не видела возможных качественных изменений, а западные политики не хотели верить в то, что эти изменения произойдут. Санкции, допинговые скандалы, Украина, Крым – все эти удары в болевые точки должны были принести нужный США, НАТО и ЕС результат. Казалось, что это – только вопрос времени.

Но тут грянуло «11 сентября». То есть 13 ноября во Франции. И…

Наутро после парижских событий царя и диктатора Путина итальянская Il Corriere della Sera объявила другом Европы

«Необходимо всем вместе бороться против ИГ». Украину и санкции, уже никто не вспоминал, а слово «Россия» и фамилия ее президента стали синонимом борьбы с ИГ. «Создать международную коалицию, главными героями которой должны стать США, ЕС и Россия», процитировала итальянского премьера Маттео Ренци названная выше газета. «Пока Путин одной рукой нажимал на спусковой крючок, а другой протягивал приглашение Америке и ее союзникам действовать совместно против террористических группировок, исламисты установили свои правила игры с серией смертоносных атак, направленных на безразличное поголовное истребление людей. Путин является единственным, у которого есть готовая стратегия реагирования. Глава Кремля бьет кулаком по столу гораздо сильнее, чем другие».

Вот тут я с итальянцами не соглашусь. На них, может, и воздействует только стук по столу или по трибуне. Кулаком или каблуком. Это их личный способ восприятия действительности может статься. Мне не показалось, что Путин бил по столу, пусть даже и образно. Он к этой «кузькиной матери» с потрясанием ботинком над головой вообще не склонен – воспитание (пусть даже не без знания уличных законов) не позволяет. Путин вколачивает свои слова-гвозди прямо в головы тем, кто упорно не хочет понять очевидного. После чего осознавшие, как, например, процитированный выше Ренци, с удовольствием констатируют, что «Россия вновь вернулась за стол международных переговоров».

«Имя Владимир образовано из слов «владеть» или «власть» и «мир», – блеснули эрудицией эксперты журнала East Journal. –Понятно, как должен себя вести человек с таким именем. А если он еще и Владимирович – возведите все в квадрат. Его считают авторитарным правителем и даже врагом из-за Крыма и Донбасса, но зауважали в Европе, благодаря его жесткой честности. Путинская Россия преследует свои имперские цели, но без коварства, лицемерия и притворства. Москва никогда, проводя свою политику, не скрывает ни камня в руке, ни цели, в которую этот камень будет брошен. Находясь в Турции (на саммите G20 – прим. авт.) Путин не побоялся упомянуть Эрдогана, говоря, что Турция поддерживает экстремистов, покупая у них нефть и поставляя оружие».

«Путин наступил Западу на мозоль, походя обнажив неудобную правду, что 40 государств, среди которых есть и участники «Двадцатки», оказывали финансовую помощь ИГ. Теперь обществу просто некуда деваться: оно обязано положить конец этому недоразумению и смыть с себя пятно. Путин дипломатично не стал называть конкретные страны, но дал понять, что антитеррористической коалиции необходима поддержка со стороны США, ЕС и Саудовской Аравии», отметила германская Deutsche Wirtschafts Nachrichten.

Цитата как цитата, может показаться на первый взгляд, никто в ножки государю московскому не падает. Путин готов в коалиции поучаствовать и уже доказал авиаударами, что толк с него будет. А вот тут стоп. Внимательно смотрим. Нюанс: «антитеррористической коалиции нужна поддержка со стороны США, ЕС и Саудовской Аравии». Не тому пресловутому альянсу из 65 стран, о котором еженедельно судачит Барак Обама – про его коалицию ни слова, ее как бы и нет (впрочем, почему «как бы»?). Речь идет О КОАЛИЦИИ, СОЗДАВАЕМОЙ РОССИЕЙ, куда, по мнению немецких газетчиков, неплохо было бы подключить и западные страны.

Впрягшийся после терактов в бомбежки ИГ Олланд летит в Москву совещаться с Путиным. Не наоборот. Лидер теперь – глава Кремля. И никак иначе.

«Президент России Владимир Путин неожиданно опередил французов, которые сами собирались представить проект резолюции в Совете Безопасности ООН. Документ русских оказался настолько сбалансирован, что может устроить всех». Это уже – швейцарская Neue Z?rcher Zeitung.

«Трудно утверждать, что Россия однозначно в выигрыше, так как она получила тяжелый удар от Исламского Государства в виде теракта на борту российского пассажирского авиалайнера в небе над Синайским полуостровом. Но в то же время недавние события в Сирии существенно укрепили позиции России по отношению к Западу. Путин вообще уже ведет себя, как главнокомандующий в борьбе с международным терроризмом. Впрочем, у него имеются для этого веские основания», — отмечает газета Basler Zeitung (Швейцария).

Инцидент с российским Су-24, сбитым турецкими истребителями F-16, по мнению испанского электронного издания El Confidencial крайне неприятен для российского президента, как «отца нации», но, скорее всего, он и «это поражение сможет превратить в победу».

«Столкнулись две похожие в смысле политического устройства страны. У каждой есть свои интересы на Ближнем Востоке. При этом у них одновременно имеется и взаимный коммерческий интерес друг к другу, и взаимные претензии. Туркам мешает Асад, России он наоборот, нужен. В последнее время Москва на международной арене достигает все бо?льших и бо?льших успехов. Похоже, что ей даже удалось потеснить США. Она готова занять место Штатов и Путин будет продолжать бить в эту точку и дальше, хотя дома его часто критикуют за такую позицию. Борьбу против экстремистов и террористов он продолжит и возвращать в Москву развернутые в Сирии эскадрильи он не собирается. Он сказал, что будет бить джихадистов, среди которых немало граждан РФ, за пределами дома и пускать их на порог, а тем более внутрь – не в его планах.

Тон, которым говорил русский президент, не позволяет усомниться в том, что Россия только увеличит давление на противника. НАТО уже убедилось, что русские перестали быть мягкими: вот уже год, как их МиГи над Балтикой треплют нервы союзникам атлантического блока. Однако на Ближнем Востоке все гораздо жестче – на кону репутация Путина. Его уже признали в качестве необходимого члена коалиции в борьбе против исламских экстремистов, и он сделает все от него зависящее, чтобы не только поддержать свое реноме, но и усилить».

Еще две недели назад Путина моментально обвинили бы в «продвигании имперских интересов, поддержке авторитарных режимов и попрании демократии». Сейчас же без выражения отрицательных эмоций констатируют факт вытеснения «носителей самой демократичной демократии» из ближневосточного региона усилиями российского главы и не бегут к российским посольствам в Париже, Мадриде или Риме с плакатиками «Путин – тиран».

Западная пресса (не вся, естественно, в семье ж не без урода) перестала обличать российского президента в том, чего он не совершал, и уже не стремится «загнать русского медведя в берлогу». Ей, наоборот, теперь по душе то, что этот медведь творит.

Может и правда, им, толерантным западникам, наконец-то подняли веки? И они поняли, наконец, что натворили?

Историк, журналист. Собственный корреспондент журнала «Недвижимость и цены» в Испании

Похожие материалы

Не будучи связанным с медицинской сферой, не берусь судить о санитарно-эпидемиологических аспектах...

За шаблонностью и кажущейся вторичностью текстов Потапенко современный читатель в деталях видит,...

Нина Андреева умерла, унеся с собой тайну ее нашумевшего письма. Ее ли это была инициатива, либо то...