Английский писатель Кингсли Эмис скончался 22 октября 1995 года. Почти двадцать лет назад. Он был одним из не самых худших литераторов-реалистов Великобритании. И биография Эмиса весьма напоминает некий шаблон для биографии среднестатистического английского интеллектуала, жившего в ХХ веке – родился 16 апреля 1922 в Лондоне, учился в Оксфорде, воевал во Второй мировой войне, после преподавал в Принстоне и Кембридже. Активно начал публиковаться в сороковые годы ХХ века. Писал, как стихи, так и прозу самых разных направлений. Первым книжным изданием его сочинений оказался стихотворный сборник «Солнечный ноябрь». Единственное исключение из шаблона – британский писатель Кингсли Эмис в 1949 году стал отцом будущего британского писателя Мартина Эмиса. Ныне – чуть ли не более известного, чем отец. Отечественному читателю Эмис стал известен как автор-реалист после публикации в 1954 году его романа «Счастливчик Джим». Роман был воспринят в качестве одного из манифестов поколения «рассерженных молодых людей», что и позволило ему, угодив в струю, оказаться настолько популярным, что его даже перевели в СССР. Причем всего через четыре года после выхода в свет на языке оригинала. И среди более поздних книг Кингсли Эмиса самыми яркими и талантливыми выглядят именно реалистические, сардонические и иронические – на мой выбор: «Толстый англичанин», «Старые черти», «Девушка в двадцать лет», «Я хочу сейчас», «Эта русская». Повторюсь: Эмис – интересный и не худший писатель второго ряда британских авторов ХХ века. (И все же с Оруэллом, Уэллсом или Честертоном он и близко не стоял. И даже с Хаксли его сравнивать… как бы это помягче сказать… легкомысленно). Но автор – хороший. И есть читатели (в том числе – и у нас), коим он очень и очень нравится. (Хотя спецы в английском говорят, что, при всей мощи нашей переводческой школы, в данном случае предпочтительней британский оригинал). Однако большинство отечественных любителей фантастики «знает» Кингсли Эмиса как известного писателя-фантаста. Мало кто читал, но знать – знает. Ибо слышать – слышали. А то и в справочниках о нем читали. А ведь это не так. Вернее не совсем – так. И поэтому очень любопытна причина, по которой человека, во многом далекого от научной фантастики и создавшего не лучшие образцы фантастической литературы в своем творчестве, порой считают одним из ее флагманов ХХ века. Первый фактор – место происхождения. Принадлежность к «материнской литературе» всегда была нехилым бонусом для британских литераторов. В Штатах можно всю жизнь трудиться как несчастный батрак на ниве НФ, выпуская по два-три романа в год, и под конец жизни получить брезгливо-презрительное замечание в энциклопедии – «автор, известный лишь количеством написанных произведений». Про Канаду или Австралию я вообще молчу… Многие ли, за пределом узкого круга фанатичных фэнов зарубежной фантастики, знают имя Бертрама Чандлера? Или Демьена Бродерика? А ведь этот местные «титаны НФ», «отцы-основатели»… В Британии же было достаточно написать пару жанровых книг, чтобы оказаться среди самых заметных в англоязычном сегменте мировой фантастики. Что написал в сфере научной фантастики Д. Оруэлл? Одну аллегорическую сказку и одну образцовую антиутопию. Однако – один из самых известных британских фантастов ХХ века. А М. Шелли, Л. Кэрролл, Р.Л. Стивенсон, А. Конан Дойль, Р. Киплинг, О. Хаксли, Э. Берджесс?.. Пара книг – и ты навечно в Пантеоне и Зале славы НФ. И даже незатмеваемая слава «истинного создателя НФ» Герберта «нашего» Уэллса зиждется на небольшой стопке фантастических книжек. Среди которых безусловными «шедеврами на века» может быть признано лишь «Большое Четверокнижие» – «Машина времени», «Остров доктора Моро», «Человек-невидимка» и «Война миров». Однако – англичанин. И естественная аура представителя «литературы-матери» затмевает вклад всех его предшественников. Вот и у Кингсли Эмиса достаточно слабые научно-фантастические (а скорее – околофантастические) сочинения – «Лига борьбы со смертью», «Полковник Сан», «Лесовик», «Изменения», «Русские прятки» – оказываются в сознании читателей более значимыми, нежели у его заокеанских собратьев, писавших на сходные темы. А ведь делал он их откровенно халтурно. Присмотримся хотя бы к одному из этих текстов, известному большинству российских любителей «хоррора», как «Лесовик». В первый раз на русском языке роман Кингсли Эмиса «The Green Man» был опубликован в 1995 г., под своим «исконным» названием «Зеленый человек» и в не слишком удачном переводе. Второй перевод был гораздо лучше, но странное и немного обескураживающее впечатление от книги английского писателя там также сохранялось. Будто серьезный и занятой человек решил поиграть в некую игру, ровно посередине «охладел к процессу», но из упрямства довел дело до финала. Роман начинается как классическая история с привидениями: гостиница где-то в Центральной Англии, ее хозяин и его немногочисленное семейство, старинное предание о зловещем чернокнижнике докторе Андерхилле и созданном им чудовище — Лесовике. Читатель настраивается на определенный лад и какое-то время кажется, что Эмис расскажет мрачную и жестокую историю, корни которой уходят глубоко в прошлое. Что перед нами – повествование в «лавкрафтовском стиле» о проклятых домах и проклятых семьях. Однако настоящего произведения «хоррора» у английского прозаика так и не получилось. Книга Эмиса кажется странно вялой, лишенной внутренней энергии. «Лесовик» распадается на ряд эпизодов, из которых одни запоминаются лучше, другие хуже. Алкоголизм главного героя Мориса Оллингтона; его болезненные видения; описание странной фигурки, при помощи которой Андерхилл вызывал лесного монстра; издевательски-ироничная беседа Мориса с якобы богом… В хороших произведениях ужасов, как и в хороших детективах, все моменты повествования четко сцеплены друг с другом, они работают на центральный момент книги — столкновение с необъяснимым, с тем, что вызывает страх, смертельный ужас. К сожалению, у Эмиса этого нет. В ужас не веришь, когда читаешь о том, как главный герой с почти «комиксной» легкостью расправляется с Лесовиком. И лесное чудовище, и вся история доктора Андерхилла оказываются не сердцевиной сюжета, не «мотором», незримо, но четко подталкивающим ход произведения, а странным довеском, необязательным украшением книги. Описания явлений Лесовика можно легко вынуть из романа и превратить его во вполне реалистическое произведение о жизни хозяина английской гостиницы в Центральной Англии. Вероятно, проблема в том, что сам Эмис так и не поверил, что можно всерьез написать «книгу ужасов»… И с другими его околофантастическими текстами дело обстоит не лучше. Особенно разочаровывают «Русские прятки» – эта «альтернативка» о Британии, захваченной Советским Союзом… Тогда откуда же успех и внимание? (И не только у него, но и у остальных фантастов-островитян?) А вот теперь в пору перейти ко второму фактору, обеспечивающему привилегированное положение англичан в англоязычном фантастическом мире. Прорывные тексты. В отличие от трудяг-американцев, способных годами эксплуатировать одну и ту же идею и даже один набор героев, англичанам везло в открытии новых литературных земель. Им лучше всего удавалась роль «литературных Колумбов». Никто «здесь» вроде бы не бывал, никому такая тема даже не приходила в голову… А вот явился писатель-англичанин и открыл потрясенным читателям сияющую «новую Индию». (А разные литературные «викинги» и «финкийцы», за годы до этого «приплывавшие» к этим литературным берегам, к несчастью, так и остаются предметом изучения узких специалистов по предыстории фантастической литературы). Но Эмис вроде бы никаких прорывов в НФ (в отличие от реалистической прозы) не совершал? Оказывается – совершал. Да еще какой прорыв! Тот, который знатоки и любители помнят до сих пор. Только не в собственно беллетристике, а, скорее, около нее. Эмис заложил основы целого минисубжанра в НФ – истории этого литературного направления, которые пишут не критики или филологи, а писатели, упорно вкалывающие на этой «ниве». После у него еще будет именитые и более талантливые продолжатели, вроде С. Лема с «Фантастикой и футурологией», Б. Олдисса с его «Дебошем на триллион лет» или С. Кинга – с «Данс-Макабром». Но именно Эмис был первым. Его критический очерк истории фантастической литературы «Новые карты ада», вышедший в свет в 1960 году, четко и недвусмысленно продемонстрировал простую, но очень важную вещь: фантастика – это не чтиво для слабоумных младшего школьного возраста, а сложная и разветвленная область литературы, заслуживающая самого серьезного изучения. Английский писатель показал, что авторы всех направлений фантастики сумели создать целый художественный мир со своими особенностями и законами, ничем не уступающий по сложности миру литературы реалистической. Именно Кингсли Эмис сумел вытащить фантастику из того закрытого гетто, в котором она находилась – презираемая и серьезными критиками, и литературоведами, и социологами, и массой ученых других специальностей. Своей претенциозной, часто несправедливой к авторам и нередко просто ошибочной книгой Эмис сумел сделать главное: он показал – фантастика важна и интересна для современного мира. Ее развитие в наибольшей степени совпадает с развитием массового сознания всего человечества. А «картографы ада» рисуют не воображаемые адские бездны, а держат у мира под носом намеренно искривленное зеркало, которое, пусть и в гиперболизированной форме, но с безжалостной ясностью отражает его проблемы и пороки. Кингсли Эмис сумел убедительно произнести: «Фантастика – это серьезное дело». (Для литературы, конечно. Для этого не совсем серьезного занятия по сути своей). И, что еще важнее, ему поверили. Несмотря на то, что пик творческого развития НФ пришелся на предшествующие 1960 году десятилетия, влиятельным фактором литературы фантастика стала только в шестидесятых. И сохраняет этот статус по сей день. Рано или поздно на этот факт обратили бы внимание многие. Но Эмис успел раньше. И этим торжественно «внес» себя в Пантеон Научной Фантастки. Он не был ее Великим Творцом. (Еще раз повторю – писатель-реалист Кингсли Эмис на целые этажи голов выше и талантливее Эмиса-фантаста). Нет, он оказался Великим Герольдом, провозгласившим пришествие Научной Фантастики, как одного из самых важных направлений современной литературы. Всегда важно вовремя оказаться в нужном месте.

Историк и литературный критик, специалист по культуре русского средневековья и истории Русской Церкви, кандидат исторических наук

Похожие материалы

Ситуация вокруг выборов в Московскую городскую думу вызывает традиционные для российской политики...

Произошло «раздвоение Апокалипсиса»: на тот, что должен совершиться по воле Бога, и другой, который...

Согласно Эдуарду Маркаряну, общество - это постоянно меняющийся феномен, в котором изменения,...