РI: На прошлой неделе в Совете Безопасности ООН была заблокирована российская резолюция по Пальмире, носившая чисто гуманитарный характер и содержавшая призывы к восстановлению древнего города. По словам официального представителя МИД России Марии Захаровой, этот шаг окончательно убедил российскую сторону в том, что странное молчание западных столиц по поводу освобождения Пальмиры и игнорирование политических изменений в Сирии являются не случайностью, а частью единого системного подхода.

Запад не может отрицать очевидных успехов российского оружия в Сирии, не может оспаривать ту роль, которую ВКС РФ сыграли в освобождении Пальмиры и других сирийских городов от террористов ИГИЛ, но он категорически не готов признавать за нашей страной первенство в гуманитарной сфере, в восстановлении разрушенных памятников древней культуры, в спасении исторического наследия, имеющего огромное значение для всей мировой цивилизации. Поэтому и была заблокирована резолюция в Совбезе ООН, поэтому демонстративно не замечаются шаги, предпринимаемые Россией в этом направлении. Между тем, российские военные уже приступили к разминированию археологического комплекса Пальмиры, а российские ученые заговорили о восстановлении разрушенных памятников на территории этого древнего города.

Как относятся к освобождению Пальмиры и перспективам ее восстановления российские ученые-археологи – об этом Любовь Ульянова побеседовала с исполняющим обязанности директора музея-заповедника Херсонес Таврический, профессиональным археологом Ларисой Седиковой.

 

Любовь Ульянова

Уважаемая Лариса Васильевна! Расскажите, пожалуйста, о Вашем отношении к освобождению Пальмиры.

Лариса Седикова

Пальмира – очень известный памятник. Один из лучших по сохранности римских городов, где значительная часть раскопана и была в хорошем состоянии. Произошедшее там за последнее время – ужасно. К счастью, разрушено не все. Есть возможность восстановить многие части этого комплекса.

Насколько мне известно, сейчас к процессу активно подключается Министерство иностранных дел РФ. На днях я была в Министерстве культуры, где вопрос о российском участии в восстановлении Пальмиры обсуждался сотрудниками этого ведомства совместно с представителями Министерства иностранных дел. Известно, что о своем возможном участии заявил Эрмитаж. Это очень важно.

Пальмира как археологический памятник, близка к Херсонесу. Ведь и Пальмира, и Херсонес – это памятники античной цивилизации. Больно было видеть, как варварски разрушается культурное археологическое наследие, которое очень тяжело поддается исследованию, требуя высочайшего профессионализма и многолетнего терпения от каждого археолога при раскопках, а после их окончания – не меньшего терпения и профессионализма для своего сохранения.

Надеюсь, что многое удастся восстановить. Правда, сильно пострадал музей Пальмиры. В нем много повреждений, много разбито. Это невосполнимая утрата.

Любовь Ульянова

Будет ли привлекаться заповедник Херсонеса к работам?

Лариса Седикова

Вряд ли. У нас много своих задач по сохранению. Пока, по крайней мере, к нам не обращались по этому поводу. Но мы, конечно, сопереживаем.

Любовь Ульянова

Коллектив заповедника следил за ситуацией вокруг Пальмиры, когда ее захватили?

Лариса Седикова

Конечно. Как археологам, нам было очень больно. Мы-то представляем, что такое разрушение археологического памятника. Столько людей на протяжении многих десятилетий трудились над раскопками и сохранением Пальмиры.

Прекрасно, что Пальмира, наконец, освобождена, что есть возможность восстановить не до конца разрушенное, и что российские ученые будут принимать в этом участие.

Любовь Ульянова

Можно ли видеть в этом стремлении России принять участие в восстановлении Пальмиры некую традицию отечественной археологии?

Лариса Седикова

Сложно сказать о традиции именно восстановления. Несомненно, что Ближний Восток – это регион, в котором российские ученые часто работают. У нас сохраняется большой интерес к этому региону. К античной культуре, византийской культуре, памятников которой много на территории Сирии. Я надеюсь, что российским ученым удастся сделать в Пальмире что-то серьезное, и что к этой работе присоединятся ученые других стран.

Надеюсь, что будут освобождены и другие древние города, которые находятся рядом, и по-прежнему захвачены террористами. Скажем, Дура Европос.

Любовь Ульянова

Получается, Россия пока одна заявила о своем участии в восстановлении Пальмиры? Ученые других стран в этом не принимают участия?

Лариса Седикова

Мне об этом ничего не известно.

Любовь Ульянова

Может ли научное сотрудничество способствовать сближению России с другими странами, с которыми она сейчас находится не в очень хороших отношениях?

Лариса Седикова

Наука, культура всегда были своего рода мостиком, служили объединяющими началами, несмотря на политические и прочие разногласия. На почве культуры, научной деятельности всегда объединялись лучшие умы разных стран. Было бы очень хорошо, если бы наладился диалог по Сирии между российскими, европейскими, ближневосточными учеными. Это хороший повод сделать что-то вместе, в том числе это может стать и первым шагом к общему сближению.

Любовь Ульянова

На прошедшей неделе Совет безопасности ООН заблокировал резолюцию России по Пальмире. Возникает ощущение, что попытка России претендовать на нечто большее, чем на статус борца с терроризмом, а именно – на некую цивилизационно-культурную миссию как часть всей российской операции в Сирии – была резко обрублена..

Лариса Седикова

Я об этом не слышала. Если это так, то это, конечно, очень печально. Неужели политика вмешивается и в культуру? Какое тогда может быть отношение к разговорам о мировом культурном наследии?

Заместитель генерального директора Национального заповедника «Херсонес Таврический» по науке

Спрашивает

Кандидат исторических наук. Преподаватель МГУ им. М.В. Ломоносова. Главный редактор сайта Русская Idea

Похожие материалы

Я не жду не только концептуальных перемен во внешней политике Соединенных Штатов, я не жду и...

Нам, архитекторам, проще работать с теми регионами, где желание развития территорий исходит от мэра...

На нерасчленённую целостность «религия-искусство-философия» можно, ведь, смотреть и с точки зрения...