Женевская встреча двух лидеров в душном и грозовом июне 2021 года несомненно останется в истории, как самая бестолковая и бесполезная из встреч. Долетели, посидели, убедились, разошлись.

Сравнивать её со знаменитой встречей Рейгана и Горбачёва в Рейкьявике (1986) — всё равно, что ставить в один ряд кастинг тамады на запланированном весёлом мероприятии по развалу одной державы и сухой обмен любезностями полководцев, перед схваткой.

Тамада предназначался для развлечения мировой общественности в целом ряде публичных мероприятий, как то: дружеские застолья, дружественные визиты, демонстрация талантов Славы Зайцева, в ущерб всё более забываемым ракетам, уже не бороздящим ни космическое пространство, ни подмостки Большого театра. Тамада предназначался, наконец, для последнего и решительного перформанса, в котором он должен был передать бразды собственной роли следующему за ним комику, который спляшет «барыню» на обломках пожарища и затушит оное, помочившись у шасси самолёта. Вот вы говорите Бузова во МХАТе… Какое уж там новшество!

Полководец, в отличие от тамады, никак не мог исполнять предназначенную ему роль, в чём безуспешно пытался убедить регулярно противопоставляемых ему лидеров, в течение нескольких лет. Чувствовалось, что попытки эти его утомили и даже нанесли урон его обычному благодушию. Без его профессиональной выдержки и многолетней дипломатической шлифовки, встреча могла бы закончиться быстрее отпущенного приличиями протокола времени и носить характер спешного забега в магазин, дабы убедиться, что искомый товар кончился и больше не подвезут.

— «Так вы решительно отказываетесь признать наши ценности, подчиниться нашим требованиям вашего публичного и окончательного унижения, а также присоединиться к нашей всесильной и всё себе позволяющей коалиции»?

— «Мы отказываемся».

После чего, официальная пресса выдаёт ожидаемо дутую формулировку «встреча носила конструктивный характер», а всем упрямым аналитикам бесстрастно обрезают конец фразы – «носила, да не донесла».

Тот факт, что от встречи никаких мало мальски значимых потрясений изначально никто не ждал, однозначно подтвердили передовицы европейских газет, уделившие событию меньше места, нежели всем надоевшим сводкам о последних достижениях коронавируса, приостановке трансгендерной терапии для детей в Швеции и задолбавшей рекламе чудо-средства против воспаления простаты.

Основной трактовкой самого посыла этой встречи, кроме того, что посыл прилетел с американской стороны, французские аналитики посчитали тот факт, что Америка, вроде бы, поняла, что её основной соперник и даже враг на текущий момент вовсе не Россия. А Китай. И очень даже. И, вроде бы, попыталась склонить Россию к смене ориентиров, предлагая присоединиться к анти-китайской коалиции на общих основаниях, в обмен на признание американской гегемонии и полный отказ от собственной независимой политики и репутации.

А Россия, вроде бы, ещё раз устало повторила то, что твердит аж с мюнхенской речи 2007 года: нет, ребята, всё не так, всё не так, ребята — долги мы заплатили, пени тоже, теперь мы будем делать и жить по-своему и вам придётся с этим считаться. Дружить с вами против кого-то, в обмен на очередные невыполняемые обещания мы не будем. Примите, как данность или продолжим бодаться. Hо уже с обновлённым балансом военных и стратегических сил.

Вообще, в этой встрече, при вопиющем отсутствии хоть сколько-нибудь интересных заявлений от обоих лидеров, особенно ярко отличились журналисты.

Сначала интервьюер Путина от NBC агрессивно неловко ткнул пальцем в глаз собственным кураторам, наглядно подтвердив, что западным джентльменам на слово верить ни в коем случае нельзя, поскольку обещания о не расширении НАТО на Восток никто и никогда не собирался выполнять, так как они нигде и никогда не были официально прописаны. Сам интервьюер, похоже, так и не понял, что сказал, зато европейская пресса, ещё не лишившаяся последнего лоска потускневшей демократической логики, очень хорошо поняла смысл внезапно проговорённой истины и несколько смущённо притупила взгляд.

В связи с этим, полезно вспомнить один важный момент когда-то нашумевшего интервью Путина американской журналистке Мегин Келли, где по всё тому же поводу — обещанию о не расширении НАТО на Восток, он сказaл дословно следующее:

«Когда США вышли в 2002 году из договора по ПРО, они вынудили нас начать работать над новыми системами вооружений. Мы предупредили их об этом. В ответ нам сказали, хорошо, делайте, что хотите. Вот мы сделали. Пожалуйте бриться»©.

Одной этой фразой можно было бы заключить смысл всей вчерашней встречи, если бы не ещё несколько весьма значимых деталей, скрупулёзно отмеченных европейской прессой, в тональности «не рой другому яму» или «не ищи соринку в чужом глазу», неровён час, окажешься с собственным бревном на чужом субботнике.

Во-первых, обильно и жёстко был отмечен тот факт, что пока президент Путин свободно и спокойно говорил с журналистами без суфлёра, президент Байден по бумажке озвучил список журналистов, которым с барского плеча дозволили задавать ему проверенные цензурой вопросы.

Во-вторых, после обильной критики своего предшественника, президента Трампа, в его постоянных склоках с представителями прессы, не прошла не замеченной реакция президента Байдена на совершенно нейтральный по сути вопрос журналистки CNN, Кейт Коллинс: «Почему вы так уверены, что он (Владимир Путин) изменит своё поведение (после этой встречи)?» Президент Байден не смог скрыть внезапного и очевидно сильного раздражения, резко поднявшись с места и ответив на явно повышенных тонах: «Я никогда не говорил, что в этом уверен! Я сказал: изменить его поведение может только если весь остальной мир станет меньше придавать значения их важности («их» — это русских, России). Я ни в чём не уверен» ©.

Интересно, что именно этот эпизод был разобран по всем сослагаемым и интерпретирован, как призыв «остальному миру» в очередной раз присоединиться к американской стороне в её обоснованных чаяниях на заслуженное господство и объединиться с ней против редких, но едких несогласных. Типа России. Или Китая.

А сразу вслед за этой многозначительной реакцией, произошёл ещё один показательный инцидент, как иллюстрация к той самой соринке в чужом глазу, обернувшейся бревном на женевском субботнике. Всё та же журналистка, решительно почувствовавшая свой звёздный час, успела задать ещё один каверзный вопрос, серьёзно вдаривший по давно приевшимся шаблонам:

— «Так в чем же эта встреча оказалась конструктивной?» — спросила Кейт Коллинс и президент Байден окончательно сбросил масочный режим с физиономии истиной демократии: начисто забыв жаркую критику своего предшественника в его отношениях с журналистами, президент Байден раздражённо заявил:

— «Если вы сами этого не понимаете, значит вы занимаетесь не той профессией»©.

Здесь, как говорится комментарии излишни, но они сыпанулись, как из рога изобилия и окончательно погребли репутацию американского президента под вердиктом непримиримости к свободе слова и нелицеприятным его, слова, толкованиям…

А ведь журналистка на самом деле абсолютно точно определила итог этой во всех отношениях не удавшейся встречи, которая практически моментально сошла с европейских передовиц и интерес к которой ещё наблюдается только в уже откровенно гротескных отголосках.

Например, директор по коммуникациям Белого дома поспешила заявить, что Байден не кивал головой на вопрос журналистов, доверяет ли он Путину. Не кивал и всё, она у него сама тряслась. В ритм вопросам.

Вот такие важные для мировой общественности детали ещё обсуждают на задних путях, пока самые пессимистичные аналитики готовятся к «очередному витку» гонки так и не разоруженных вооружений.

Никто не сомневается, что полководцы перед дуэлью сухо обменялись чисто формальными вопросами-ответами и разошлись к барьерам, в сопровождении секундантов.

О ковидо-повестке и возможных переговорах на тему «пандемии», зависшей Дамокловым мечом над миром, не заикнулось ни одно издание. А в кулуарах говорят, что именно поэтому, как Гондурас расчёсанному вопросу и созывалась в Женевe последняя попытка всемирного «мирного» договора Hового (хренового…) порядка.

 

***

 

NB: Для родившихся в пост-перестроечный период, поясняю старый анекдот:

— Что-то меня беспокоит Гондурас…

— Главное, не расчёсывай!..

 

_______________________

Наш проект можно поддержать.

Главный редактор парижского литературного альманаха «Глаголъ».

Похожие материалы

Вам никогда не спустят открытого неповиновения всеобщему благу, условия которого единолично...

Особое, избыточное число НИИ тоже требует отдельных исследований, поскольку позволяет более полно...

Воспоминания вдовы «выдающегося человека» – жанр, как правило, если не скучный, то более или менее...

One Comment
 
  1. Владимир Кудрявцев 24.06.2021 at 11:52 Ответить

    В общем событие и его медийное освещение можно сравнить со сценическим воспроизведением т.н. «шума толпы», когда все наперебой говорят друг другу: «Что говорить, когда нечего говорить?»

Leave a Reply