Борис Межуев в очень мягкой форме выразил сожаление, что правоохранительные органы и суд используются для сведения счётов. В ответ посетители его журнала в ФБ стали говорить: наконец-то дорогие органы зачистят любимую родину от ненавистных либералов! Надо радоваться, а не жалость разводить к врагам народа.

Преодолев естественную тошноту от этого каминг-аута, начинаешь задумываться: причем тут либералы? Уважаемый историк Н.Н. Платошкин – либерал? Ничего общего, он левый патриот.

Отец Андрей (Стребков), осужденный в солнечном Альметьевске – либерал? Или его злодейства и впрямь тянут на 13 лет лишения свободы? Приведите тогда хоть одно реальное доказательство не то что вины священника, хотя бы того, что само преступление имело место, а не было выдумано. Калининградские врачи Елена Белая и Элина Сушкевич, заведомо не имевшие отношения к политике, — тоже, наверное, либералки? Их невиновность, изначально очевидную за отсутствием, опять же, события преступления, подтвердил суд.

«Доказано ли, что в роддоме №4 недоношенному младенцу Ахмедову был введён препарат «Магния сульфат», вследствие чего он скончался?

Нет, не доказано»

На днях оправдательный приговор отменен. Очень уж хочется посадить двух женщин на сталинские сроки (лет на 15).

Новости из коридоров следствия и зала суда вызывают первый вопрос: за что на самом деле? Если обвиняемый увлекался политикой, занимал должности или причастен к бизнесу, то версии в ассортименте. Но кому мог наступить на ногу (на дорогой ботиночек от Хуго Босс) врач или учитель? Задача для Шерлока Холмса – XXI.

То, что в норме должно быть сутью (и единственным смыслом) уголовного судопроизводства, стало восприниматься как декорация для отвода глаз.

Есть, чему радоваться, правда?

Возьмем тот конкретный контингент, который у нас по недоразумению именуется либеральным. Ни малейших симпатий к нему не испытываю. Если бы испытывал – наверное, не изобрёл бы неологизма «либерастия», который ушёл в народ ещё тогда, когда ученики лакея Смердякова были при параде и в шоколаде.

Их – можно репрессировать? Всё равно, за что, лишь бы пожёстче и побольнее?

Анна Долгарева, которая доказывала свой патриотизм не в телевизоре, а там, где по-настоящему опасно, пишет:

«Я говорила еще в 2015 году, что у нас, у российского общества, есть высокие шансы пойти по пути Киева. Тоже вот так: травить инакомыслящих, подключать силовые структуры для наказания неугодных, потом бить, потом убивать…

Если вам хочется кого-нибудь потравить – вот, знаете, я теперь для вас наверняка тоже инакомыслящая. Приезжайте в Донецк и травите. Тут, правда, стрелять сильно начали недавно, и уже не только по окраинам, но вы же отважные воины»

Более отдаленный исторический опыт. В конце 20-х годов прошлого века начались откровенно фальсифицированные процессы, дела без события преступления: академическое, шахтинское, «промпартии», «трудовой крестьянской партии». Тогда во главе правоохранительных органов стояли не только циничные карьеристы. Вот воспоминания профессора физики Л. Г. Лойцянского, который пришел к знаменитому контрразведчику А.Х. Артузову просить защиты от ленинградского ОГПУ. «В комнате, в которой принял меня Артузов (она была, по–видимому, единственной в его квартире), стояли продавленный, крытый протертым дерматином диван, обеденный стол. На нем – большой медный чайник, из которого мы с хозяином пили чай, заедая его хлебом».

Теперь, да простит меня госпожа Клио за отсебятину, попробую воспроизвести логику, которая указала неглупым людям путь в бездну.

Дано: академики – монархисты и буржуазные инженеры особенно не скрывают враждебности к родному государству (которое даёт им всё, намного больше, чем простому рабочему, военному и даже правоохранителю). И вообще они люди малосимпатичные: заносчивые, самодовольные. Но считают себя неуязвимыми. Ведь то, за что мы их не любим, к уголовному закону не подошьёшь. Давайте же чуть-чуть подправим их биографии. Припишем то, чего они, может, и не совершали, но по вредности характера вполне могли бы совершить. Чем докажем? Словами. У каждого заметного человека хватает недоброжелателей, которые даже без принуждения помогут нам избавиться от гнилых порождений НЭПа. А если кто не захочет помогать, того всегда есть, чем припугнуть.

Открыли бутылку с шайтаном. Или, если пользоваться более современными ассоциациями, ампулу со смертоносным вирусом. Поначалу инфекция была встречена массовым восторгом: так им и надо, контрреволюционерам!  Вопрос, существовала ли в действительности «трудовая крестьянская партия», группу поддержки не интересовал. Лет через пять она была удивлена: нас-то за что? Да ничего личного, просто надо сдавать отчёт по уругвайским шпионам. Или квартирка приглянулась более ценному работнику. «Если надо причину, то это причина». А из тех, кто в начале 30-х расследовал и судил, единицы пережили Большой Террор.

Нынешний чирлидинг примечателен участием т.н. «белых» и «консерваторов».

Про первых говорить нечего, Киса Воробьянинов сам по себе фигура комическая, в массовке НКВД – фарс в квадрате. Что касается консерватизма, то это, если попросту: не ломать сущего без необходимости. Противостоят ему агрессивные доктринеры разных мастей, которые пытаются силой запихнуть людей в счастливое будущее или святое прошлое, причем и то, и другое фейковое. Будущее – галлюцинация, и прошлого такого никогда не было, разве что в фэнтэзи про попаданцев («Святая Русь» при Иване Грозном, «социальная справедливость» при Сталине етс).

Шарлатаны второго рода (реакционные утописты) сами себе присвоили звание консерваторов. Достойные партнёры либералам, у которых свобода сводится к тому, чтобы поскорее передать родную страну под внешнее управление. И если для нормального консерватора правосудие – несомненная ценность и одна из двух главных функций государства (за что мы его и терпим как наименьшее зло по сравнению с анархией и произволом), то для великовозрастного игруна естественно радостное возбуждение от деструктивных процессов. Просчитывать отдалённые последствия он не умеет.

И если придут за ним, будет искренне удивлён.

 

_______________________

Наш проект можно поддержать.

Смирнов Илья (1958), автор книг по истории русского рока и не только. Беспартийный марксист. Поддерживал перестроечное «демократическое движение» до того момента, когда в нем обозначился курс на развал СССР

Похожие материалы

Лакей Павел Федорович Смерядков – персонаж у Достоевского весьма любопытный и не совсем простой....

Простите великодушно, что текст опять не про замки Луары и не про прецепты Парацельса, а про...

Первая морковка, мечта о коммунизме, поблекла после распада СССР, а сейчас рассыпается вдребезги и...

2
 
  1. Владимир Кудрявцев 07.07.2021 at 17:53

    Не хотелось бы так определять авторов солидного издания, но на мой взгляд т. Смирнов кликуша и воспринимать его всерьез нельзя. Я пошел по первой же ссылке о деле Стребкова и ничего там не нашел. То есть ни слова о сведении счетов со стороны госвласти. Сведение счетов возможно со стороны потерпевшей, если это действительно потерпевшая, или тех, кто за ней стоит. Как раз в том случае если это не потерпевшая, а «потерпевшая», за нею могут стоять те, кто хотел бы дискредитировать церковь и закрыть ей путь для работы с молодежью. То есть все с точностью до наоборот. Принцип «кому выгодно» указывает в прямо противоположном направлении. А возможно причина в неустойчивой психике девушки, что тоже бывает. Ни органы, ни суд никакого зуба на Стребкова не имеют и никого не «зачищают». Вот уж воистину автору все равно, что произошло, был бы предмет для обвинений, а то ли он убил, то ли его убили это уже не важно. А проблема действительно всеобщая. И у меня есть примеры. С модой на MeToo и верой в то, что в борьбе за либеральные ценности все средства хороши, многого чего можно дождаться. Именно в таких неявных случаях сексуальных домогательств давно пора вводить культуру экспертизы на полиграфе обоих сторон. Причем экспертизу независимую и осуществляемую в двух, трех разных авторитетных центрах сертифицированных для этой цели. Вот что нужно изучать и рассматривать. Дальше не стал и читать. Сожалею.

  2. Илья Смирнов 24.07.2021 at 14:19

    Мало удовольствия дискутировать с персонажами, которые начинают возражения на статью с хамства. Но на всякий случай поясняю: отца Андреем отправило в зону не иностранное MeToо и не девушка с неустойчивой психикой (нет у нее таких полномочий), а родное государство. Те самые «органы и суд», которые против священника якобы ничего не имеют.

Leave a reply to: Илья Смирнов (Cancel Reply)