— Не слишком ли оскорбительно для человечества,

Ваше Преподобие? Ну, вспомните шутку ваших друзей:

если бы декан действительно ненавидел людей,

он бы не делал их так страстно.

 

Никого не оставил равнодушным манифест Константина Богомолова. Наброс, что называется, удался, и по этому поводу я тоже выскажу пару своих соображений. Богомолов полагает Россию возможным оплотом против новой этики Европы, и примкнувшим к ней США. Но прежде, чем бороться с явлением, выстраивать форпост, стоило бы разобраться с тем, что такое и откуда взялась та самая Новая Этика.

Первопричиной ее, безусловно, явились вовсе не верхи, а низовые широкие народные массы, которые вроде бы в курсе, что нехорошо ни с того, ни с сего хватать людей пониже спины, но хватают; которые в курсе, что нехорошо писать другому человеку «ты — жирный урод», но пишут; которые в курсе, что нехорошо бить детей и членов семьи, но бьют; и т.д.

Появление этой новой этики, действительно, абсолютно неслучайно, но вряд ли связано с тяжелым европейским бекграундом, травмой фашизма и нацизма и т.п. Оно объясняется куда прозаичнее: развитием технологий. Благодаря интернету сегодня каждый способен наблюдать, как живут и в Белом доме, и в глухой австралийской деревне. Новая Этика стала естественным ответом на век социальной открытости, потому что эта открытость предельно четко обнажила то, чем на самом деле является подавляющее большинство людей.

Достаточно зайти в любую социальную сеть, чтобы увидеть там одинаковую картину. Что в провинциальных Одноклассниках, что в гламурном Инстаграме, что в интеллигентном Фейсбуке царит т.н. срач. Люди, не стесняясь никого и ничего, поливают друг друга отборной бранью, пишут все, что им вздумается, и редко когда это что-то доброе и хорошее, в основном, это оскорбления и персонализированное хамство, которое сегодня провоцируют даже невинные фотографии котиков.

Коллективный и нелюбимый в России Запад первым обнаружил подобное положение дел, отсюда и рождение Новой Этики – попытки контролировать мораль большинства, если уж само большинство с этим никак не желает справляться. На сегодняшний день, конечно, Новая Этика несет в себе вполне сталинские «перегибы на местах»: блокируется твиттер Трампа; актеры еще до судебных разбирательств теряют роли и т.д. Но это обычное становление любого нововведения, которое, проходя бурную фазу, позже обретает приемлемые очертания.

Многовековая же наработанная цивилизационная мораль никуда не исчезала: ее не забывают, о ней информированы абсолютно все, благодаря все тому же развитию технологий. Однако очень многие так или иначе выбирают иной путь — путь тупого животного, не имеющего никакого отношения к воспетому Богомоловым Зверю. Само понятия Зверя – понятие изощренного порока, борющегося и зачастую побеждающего в человеке – бесконечно далеко от упомянутых широких народных масс, которым куда больше подходит определение «animal rationale» или «йеху», прозвучавшее еще в XVIII столетии в четвертой части манифеста Джонатана Свифта «Путешествия Гулливера: Страна гуигнгнмов».

Свифтовское определение «животного, восприимчивого к разуму» спустя три столетия не потеряло актуальности, а в нынешние времена и вовсе приобрело особую наглядность. Если большинство людей восемнадцатого столетия вряд ли возможно было обвинить в безграмотности и тупости, ведь в отсутствии образования их вины не было, то обвинить в этом нынешнее человечество можно напрямую. Век не только социальной, но и информационной открытости подарил практически каждому безграничные возможности для развития, созидания, совершенствования, но все то же большинство предпочитает темный путь деградации. И в отличие от XVIII века сегодня это – человеческий выбор, а вовсе не отсутствие должных условий.

Константин Богомолов тоскует о «кастрации Европы», отстаивая греховное в человеке как часть естества, но, кажется, вовсе не понимает, что искусства греха, порока в его режиссерском понимании бесконечно далеко от того, чем занимается большинство. Большинство же, подобно свифтовским йеху, живет примитивнейшими инстинктами, где тот же секс – это не грех, не порок, даже не продолжение рода, это тупое и бессмысленное сношение, физиология, за которой не стоит ничего. Про любовь в этом контексте говорить абсолютно бессмысленно, как и про любые другие высшие чувства вообще.

En masse человек представляет из себя существо, основными задачами которого он сам сделал – еду, сношение, испражнения, в т.ч. и в социальных сетях. И любимая песенка героя Фейхтвангера Конрада фон Фрауенберга о семи радостях жизни («первое — жрать, второе — пить, третье — облегчаться от съеденного, четвертое — от выпитого, пятое — лежать с женщиной, шестое — купаться, но седьмое, самое лучшее — это спать») продолжает оставаться гимном широкого населения.

За три столетия, прошедшие с публикации манифеста Джонатана Свифта до публикации манифеста Константина Богомолова, человечество претерпело колоссальные изменения, но человек остался все тем же восприимчивым к разуму животным, только теперь самостоятельно пришедшим к выбору отказа от восприятия разума. Разума, который, в общем, и дан для того, чтобы собственные инстинкты контролировать, управлять ими. И, к сожалению, такой человеческий выбор нуждается в контроле, как нуждается в контроле любое животное. Поэтому Новая Этика будет развиваться повсеместно, сколь бы сегодня над ней ни иронизировали, и какие бы пока уродливые формы она ни принимала.

Противопоставление России Западу по этой схеме невозможно. Россия не может и не должна становиться оплотом животных, восприимчивых к разуму, тупых йеху. Однако у нее есть великолепный шанс отследить все ошибки Запада при становлении Новой Этики и избежать их при становлении собственных подобных устоев. В том, что это становление обязательно состоится, сомневаться не приходится. Но вполне возможно, что господство его будет недолгим. Довольно скоро человечество переродится под таким вынужденным давлением, да что там, оно уже перерождается.

Сегодняшнее младшее поколение – это дети нового века информации и творчества. Да, примитивного, туповатого, не требующего особенных усилий, но творчества, которым переполнен «детский» ТикТок. Важно еще и то, что творчество это, в основном, безобидное, в отличие от треш-стримов, где на потеху публике постарше издеваются, избивают и убивают людей. ТикТок сегодняшних детей – что-то сродни наскальной живописи первобытного периода, когда человек интуитивно, но еще бессознательно начинал чувствовать себя творцом. Это зарождение нового мира. И поскольку помимо силы разума искусство и творчество – еще одно мощнейшее отличие человека от животного, то можно надеяться, что в этот раз человек как явление все же вырвется за биологические животные рамки.

К тому же, за темными веками всегда наступает ренессанс.

_______________________

Наш проект можно поддержать.

Историк, публицист

Похожие материалы

Лакей Павел Федорович Смерядков – персонаж у Достоевского весьма любопытный и не совсем простой....

Простите великодушно, что текст опять не про замки Луары и не про прецепты Парацельса, а про...

Первая морковка, мечта о коммунизме, поблекла после распада СССР, а сейчас рассыпается вдребезги и...

2
 
  1. Владимир Кудрявцев 22.02.2021 at 17:41

    Интересный взгляд гуманитария на жизнь, который видит проблески креатива в том, как народ себя развлекает. А то как он трудится это как бы не считается. Ведь это не сравнить с тик-током, то, что помимо тик-тока, это простое животное существование. И все равно, что все больше и больше народу добывает себе хлеб насущный головой, а просто руки уже не так и нужны. По миру перемещаются десятки миллионов программистов, инженеров, специалистов разных профилей, напряженно штурмующих высоты своей профессии, но их креатива наша фея в упор не видит, ракеты летают как-то сами по себе, а чтобы это получилось по ее мысли не обязательно быть человеком, это и животное сможет.

  2. Кирилл 14.03.2021 at 09:47

    Насчет того что за темными веками всегда наступает ренессанс — я бы на основании одного раза таких глобальных выводов не делал.

Leave a reply to: Кирилл (Cancel Reply)