Автор: Дмитрий Юрьев

Их может быть больше, чем евреев. Больше, чем негров. Чем русских. Чем арабов. Чем китайцев. Потому что вопрос — открытый. Мало ли кто окажется нацистской гомофобной цисгендерной свиньёй? Поэтому кто-угодно может оказаться. И вместо еврейского вопроса может быть поставлен вопрос о решении общечеловеческого вопроса.

Право на Русскую Ирреденту — кто бы там когда и за что ни голосовал и в каких преступлениях ни был бы виноват — это вечное и неотъемлемое право, право судьбы. Потому что быть русскими — это судьба.

Сегодня неокоммунисты — из самых продвинутых и интеллектуально ненулевых — с радостью встретили обновление массового дискурса, в том числе снятые с не- (если не анти) коммунистических позиций сериалы про Льва Троцкого и Александра Парвуса. Для них — чем дальше, тем больше — становится привычной и употребительной новая...

В книге идет речь о критике либерализма, об изменении политической шкалы, о постсекулярности, о создании нового политического языка и главное – о социал-традиции, новой идеологии, предлагаемой автором на суд читателя. И в этом видится ещё один серьёзный побудительный толчок для общей работы по созданию...

Русский царь — как и французский архитектор — относился к вере серьёзно. Поэтому не смог принять противоречащее канонам решение о захоронении католика Монферрана в созданном его гением православном Соборе, и упокоился Монферран в своём родном Париже. Хотя торжественная церемония проводов этого почитаемого «клиром и...

Не так давно Борис Межуев запустил новый мем, который пошел гулять по интернету: Трамп — новый Ельцин. Как и всякий удачный мем, он порождает множество репостов и протестов. Говорят, что на самом деле Трамп — Анти-Ельцин, а вот Обама как раз Ельцин и есть. И связаны эти оценки чаще с личным отношением оценивающего ко...

Если бы Русская революция не стала Великим октябрьским социалистическим фальстартом, то на её знамёнах вместо французского слогана были бы, наверное, написаны слова «Честь, Труд и Правда»

17-й и 18-й годы XX века — время глобального идеологического тендера. Грандиозный «фазовый переход» — выпадение огромной страны в глубокий тёмно-красный осадок — не мог бы случиться так быстро и так необратимо, если бы и содержание, и стиль большевистского проекта не срезонировали с чем-то основополагающим в...

Направление главного удара, конечно — сам по себе антинародный консенсус элит. И прежде всего для его преодоления государство и общество должны выйти из сумрака. В конце концов, по первоначальному смыслу «люстрация» — это просвечивание

«Люстрации», о необходимости которых так много говорят все, кому ни попадя, — становятся актуальными. Гораздо более актуальными, чем Навальный и соавторы его Чорного Блокнота Злодеев предполагают