Теракты порождают страх и ответную месть. Теракты заставляют правительства действовать активно и резко, не считаясь с политическими последствиями. Теракты позволяют создавать полицейское государство там, где прежде особых предпосылок для этого не было. Теракт – это трагедия для обычного человека, но подарок для властей – у них развязываются руки, и появляется обоснованный предлог для любых действий – этакая индульгенция, оправдывающая абсолютно все.

За примерами далеко ходить не надо, достаточно вспомнить, чем стала Америка после 11 сентября. Как же быстро, буквально в мгновение ока, все годами пестованные демократические свободы превратились в ничто, в сплошную фикцию.

Европа идет тем же путем. Закрытые границы, тотальные проверки, армейские части в Париже – это, конечно, временное явление, но уже видно, что население, пребывающее в страхе и панике, поддержит любые инициативы, позволяющие снизить вероятность новых терактов.

Теракты выгодны и националистам. Подожженный лагерь в Кале якобы говорит о моментальной реакции французских наци. Хотя на самом деле там до сих пор ничего не понятно. Кто поджег? Зачем? А может, это сделали сами террористы, чтобы показать миллионам мусульман, что идет война не Европы с ИГИЛом*, а христианства с исламом?! И что в ответ убивать будут всех мусульман, без разбора, не сортируя их на виновных и невиновных…

Теракт – это лакмусовая бумажка лицемерия. Не может быть одна трагедия важнее другой. Но почему-то международная практика показывает, что, оказывается, может. Ведь никто не окрашивал Фейсбук государственными цветами Ливана (погибло более 40 человек) или Кении (погибло почти 150 студентов), а Обама только на третий день нашел слова соболезнования России после крушения самолета (погибло 224 человека). Говорят, в политике нет места человечности, но теракты выходят за рамки политики, тут не должно быть раздела на свой-чужой. Любой теракт – это вызов миру, вызов всем ценностям, которые у России, Европы и Америке все же общие, пусть и слегка разнятся в деталях.

Конечно, всегда находятся и те, кто даже в печальные дни пытается заработать некие «очки» для себя лично. Далеко за примерами ходить не надо, украинские политики поспешили обвинить в парижских терактах Россию и Путина лично. Якобы, таким способом он отвлекает мир от самого главного – от самой Украины. Фазиль Искандер в книге «Сандро из Чегема» рассказывал историю о человеке, который вбил кол у себя в огороде и объявил, что в этом месте находится середина земли. Попробуй, мол, проверь! Кажется, украинские политики уже вбили подобный кол в центре Киева, и свято уверовали, что именно там центр мира, а любое событие всегда трактуют исключительно применительно к себе. Противно.

Париж призван сплотить Европу, сделать ее единым механизмом, мощным кулаком, способным сокрушить врага. Французские ВВС уже нанесли ответный удар по позициям ИГ, осуществив массированную бомбардировку города Ракка и уничтожив там несколько важных объектов террористов. Как видно, когда есть желание, то все можно сделать быстро и качественно. И в очередной раз тот же вопрос: а кого же бомбила Америка все это время?..

И где же старушка Меркель, которая успешно оставалась в тени все эти дни, всячески надеясь, что про нее не вспомнят в ближайшее время. Она появилась лишь один раз, произнеся смутную речь сочувствия парижанам, и вновь исчезла, для верности уехав в Турцию на G-20. Конечно, ведь это под флагами с ее изображением орды сирийских беженцев, среди которых имелось немало сторонников ИГИЛ, шествовали по Европе. Именно Меркель открыто заявляла: «Мы справимся с этим!» Это ведь благодаря Меркель европейский кризис достиг своего пика, а теракты – лишь следствие, а вовсе не причина. Не удивительно, что немецкая пресса в последние дни обрушила на канцлера Германии лавину критики. Ведь все прекрасно понимают, что следующей целью террористов запросто могут стать Берлин, Мюнхен, Гамбург или Франкфурт. А то, что терактами в Париже дело не ограничится, очевидно. Будут и другие попытки, и к ним нужно быть готовым. Поэтому Меркель необходимо переждать, отсидеться, чтобы ее никоим образом не сделали виновной, хотя бы косвенно, за случившуюся трагедию.

А Европа? Пора ей вспомнить, что некогда в былые века города защищали с оружием в руках, а мужчина был воином и защитником. Феминизм и толерантность – понятия спокойного времени и мирного государства, когда можно позволить себе расслабиться и занять время и мысли ненужной ерундой. В военные же дни (а война уже идет) требуется забыть о всяких глупостях и уничтожать противника, пока он не уничтожил тебя.

Франции пора вспомнить, что ее опора – это д`Артьяньян и Портос. Первая мировая война, а тем более – Вторая сильно ударили по репутации французов, как отважных воинов и храбрых солдат. Нацисты захватили Париж, особо не утруждаясь, и даже знаменитое французское Сопротивление, хоть и многое сделало для победы над фашизмом, но без помощи СССР ничего не смогло бы противопоставить оккупантам. Где та великая нация, некогда ведущая в Европе? Где тот современный Король-Солнце, о котором будут вспоминать и много веков спустя? Олланд – это даже не де Голль. Франции нужен сильный лидер, способный на поступки. Внутренние пораженческие комплексы остались во многих французах до сих пор. И сейчас самое время избавляться от них.

Я люблю Францию, наверное, в первую очередь благодаря книгам Александра Дюма и общему духу романтизма и приключений, присущих этой замечательной стране. Я люблю французскую кухню, французскую музыку, я обожаю французские вина и коньяки, мне нравится французский язык – сложный в изучении, но невероятно мелодичный и красивый. Я не хочу, чтобы Франция исчезла с карты мира. Но та Франция, которая существует сейчас, это не настоящая Франция. Это суррогат, созданный за последние десятилетия. Это уже не страна гордецов и храбрецов. Нынешняя Франция – старуха, в дом которой забрались преступники с целью поживиться богатствами, скопленными ею за всю жизнь.

Так пусть же скорее придет настоящий наследник – по крови и по духу, с оружием в руках. И выгонит бандитов из своего дома.

И Франция воспрянет, вспомнит о былом величие, возродится и вновь превратится в великую страну с изумительной историей, в которой было все – и победы, и поражения.

Однажды в тяжелое время де Голль обратился ко всем французам с воззванием. Эти слова актуальны и сегодня.

«…Франция проиграла сражение, но она не проиграла войну! Ничего не потеряно, потому что война – мировая. Настанет день, когда Франция вернет свободу и величие… Vive la France!»

_______________________

*Деятельность организации запрещена в России решением Верховного суда РФ.

Доктор исторических наук. Ведущий научный сотрудник Санкт-Петербургского Института восточных рукописей РАН, специалист по средневековому Китаю

Похожие материалы

Унизили не спортсменов, унизили нас всех и нашу страну. Еще в октябре этого года сам президент это...

Основной историософский выбор России – это выбор между Достоевским и Цымбурским, между...

Реформы Александра II вызывают сегодня двойственное ощущение. Так, военная реформа, названная по...