Марш вышиванок.

Люди в вышитых блузах и рубахах возбужденно выкрикивают: «Смерть врагам!»

Полный сюр.

На Украине сегодня сюрреализм – это норма жизни.

Кто-то невидимый перевернул мир украинского гражданина с ног на голову.

Если не сказать, с головы на задницу.

И в этом перевернутом мире из украинца, по природе своей тяготеющего к традиционным ценностям, вдруг попер наружу махровый реформатор и революционер.

Сперва, в 1991-м, украинец неожиданно захотел независимости. Точнее, он сам толком не знал, чего захотел.

Жилось ему неплохо. Хорошо жилось. Сытно, тепло и во всех отношениях комфортно.

Электричества, угля, пшеницы, молока, сала, вареников и горилки было навалом.

Песню «Ты ж мэнэ пидманула, ти ж мэне пидвэла» знали все. А кто не знал, все равно подпевал.

Все работали или учились. Или работали и учились. Или служили в армии.

А кто не работал, не учился и не служил в армии и при этом не жаловался на здоровье, считался нахлебником.

Земля родила, заводы работали, научные институты и конструкторские бюро выдавали на гора открытия и изобретения.

Чего, спрашивается, не хватало для полного счастья? 

Оказалось, не хватало этой самой независимости.

Украинцу объяснили, что сало съедают проклятые москали, они же душат украинскую идентичность, не дают носить вышиванки и петь где ни попадя «Ты ж мэнэ пидманула…»

Поэтому украинец просто обязан строить свое и независимое от москалей государство.

В этом новом государстве вареников, сала, горилки, пшеницы, молока, угля и электричества будет намного больше, чем раньше, потому что никто уже на украинское добро не посягнет немытой москальской рукой с черными проплешинами под ногтями.

К тому же, пошел слух, что независимой от москалей Украине возвратят золото гетьмана Полуботка, которое тот оставил кучкой в 200 тысяч золотых монет банку Британской Ост-Индийской компании. 

Прогрессивная украинская общественность ни секунды не сомневалась, что золото Полуботка вернут новорожденному независимому государству всенепременно и обязательно. Спор шел только о накопленном богатстве – одни утверждали, что гетьман оставил монеты под 2,5 процента годовых, другие же имели на руках веские доказательства в пользу 7,5 процентов.

В любом случае, с 1723 года полуботковское золото подросло в объемах весьма и весьма прилично. Тут не только на новое государство хватало с избытком, но еще оставалось каждому украинцу на карман!

Уберегли английские банкиры золото от москалей, по-нашему, по-европейскому.

Руководствуясь такими вот мотивами, украинец и проголосовал за независимость в декабре 1991-го.

Правда, на всякий случай, за три месяца до голосования самые прогрессивные из украинцев уже приняли Акт о провозглашении независимости. Загодя приняли, потому что еще пятью месяцами ранее, в марте 1991-го, украинец хотел совсем другого – остаться вместе с москалями в одном союзе. И тоже за это проголосовал.

Тогда украинцу объяснили, что все зло именно от москалей, которые в три горла едят украинское сало и не просыхая пьют украинскую горилку. Но самое страшное — они уже строят планы на золото Полуботка, потирая в предвкушении загребущие руки и не вычистив даже грязи из-под ногтей!

Поэтому в марте 1991-го украинец хотел одного, а к декабрю – совсем другого.

В этот исторический период времени мир украинца и стал переворачиваться с головы на задницу.

Потихохоньку. По доле градуса в день.

Поначалу почти незаметно ни для самого украинского гражданина, ни для его друзей, близких и коллег по работе.

Неожиданно выяснилось, что вместо золота Полуботка, звон которого уже слышал украинец в своем кармане, нужно взять денег взаймы на Западе для разных реформ.

Слово «реформы» резало слух и пугало украинца революционностью.

Опасения были не напрасны.

Через энное количество лет украинец вдруг обнаружил себя в долгах, как в шелках.

Без всякого намека на золото Полуботка.

При этом, чем громче кричали о реформах, тем у некоторых украинцев становилось  больше и больше электричества, угля, пшеницы, молока, сала, вареников и горилки! Зато другим украинцам предлагалось потуже затянуть пояса — с верою в светлое будущее, которое обязательно наступит не сегодня-завтра.

К 2004-му году мир украинца перевернулся настолько, что украинец стал революционером.

Ему объяснили, что во всех бедах молодого государства снова виноваты москали.

И одной независимости от москалей слишком мало для светлого будущего.

Поэтому нужно устроить революцию. Например, оранжевую. Цвета апельсинов. Правда, каким боком апельсины к Украине, никто не сказал.

Наверное, просто от Грузии запасное название для революции осталось.

Но все равно красиво! Революционный украинец гордо стоял на майдане с оранжевым флагом и хотел всеми фибрами души нового и оранжевого украинского президента. 

Оранжевый президент люто ненавидел москалей и потому обещал украинцу навсегда покончить с этим источником зла и черноты под ногтями.

К тому же он утверждал, что лично его руки чисты.

Женат он был на гражданке США, что само по себе уже было гарантией в борьбе с москалями.

При этом и оранжевый президент, и вся его семья напоказ ходили в вышиванках, как бы отдавая дань украинским вековым традициям.

И, глядя на оранжевого президента, на его американскую жену и детей в национальной одежде, украинец совершенно не мог представить себе, что на самом деле мир переворачивается.

С каждым днем и часом – все больше.

И те традиции, к которым он тяготел душой, превращаются в ничто. 

Прошло время. Миг – по историческим меркам. Украинцев, которые признались бы в том, что они когда-то всеми фибрами души хотели оранжевого президента, найти стало совершенно невозможно. Все они как один — напрочь отрицали и собственное участие в оранжевой революции и свое желание заполучить оранжевого президента.

Но было уже поздно.

Мир продолжал переворачиваться, и точка невозврата однажды была пройдена. 

Украина втянулась в бесконечную череду всевозможных выборов. Каждый раз украинцу объясняли, что уж в этот-то раз он выберет власть честнее и лучше прежней, а сами выборы будут особенно прозрачными и демократичными, не видал мир краше!

Правда, про золото Полуботка предпочитали не вспоминать.

Однако каждая вновь избранная честная власть воровала все больше и все наглее.

Реформы требовались все жестче, а значит — пояса украинцам предлагалось затягивать с завидным постоянством  и регулярностью.

Одна отрада: нашлось определение светлому будущему –  это путь в дружную счастливую семью европейских народов.

Теперь украинец точно знал, что как только он придет вместе со всей Украиной в Европу, на него сразу же, как из рога изобилия, посыплется пенсия в тысячу евро, а зарплата будет начинаться тысяч от трех. Вареники сами будут прыгать в рот, чиновники перестанут брать взятки, а карман согреет если не золото Полуботка, то уж шенгенская виза точно, в связи с чем отдельные прогрессивные украинцы даже выступили с предложением переименовать Украину в Цеевропу.

Оставалось выполнить одно маленькое условие – полностью и навеки вытравить москалей из украинской жизни.

Потому что все невезение у украинца случалось именно из-за коварства москалей. 

Срочно потребовалась еще одна революция. Подходящее звучное название ей придумать не смогли, но начиналось все снова ярко и зрелищно: украинец вдохновенно скакал, потому что «кто не скачет, тот москаль», и надеялся, что таким макаром скоренько доскачет до Европы.

Но против революционеров в вышиванках вдруг ополчились (в прямом смысле этого слова) контрреволюционеры в лице внутренних войск и «Беркута».

Контрреволюцию революционерам срочно требовалось изничтожить, иначе какие же они революционеры?

Тем более, контрреволюция выглядела прямой угрозой вышиванковым ценностям в перевернутом мире украинца.

Сами ценности при этом уже не уточнялись. Вышиванка в новом мире символизировала зажигательную смесь, которой жгли контрреволюционеров, булыжники, которые швыряли в контрреволюционеров, цепи, которыми били контрреволюционеров.

Потом возникли новые контрреволюционеры – в лице «неизвестных снайперов». Или те, кто играл роль контрреволюционеров.

Уже неважно.

Важно то, что революционерам в вышиванках понадобилось автоматическое оружие.

А после потребовалось сжечь в Одессе Дом профсоюзов вместе с местными контрреволюционерами, которые категорически не желали скакать в Европу и кричать «Слава нации! Смерть врагам!»

А после новая украинская революционная власть решила ударить авиабомбами по контрреволюционеркам в Луганске.

К этому времени обнаружилось, что не все на Украине скачут и не все собираются в счастливое европейское будущее, а некоторые и вовсе вынашивают планы защищать себя от революционеров в вышиванках. 

Пришлось объявить контрреволюционерам войну.

Войну назвали антитеррористической операцией, а контрреволюционеров – террористами.

Потому что иначе нельзя было объяснить, за что одни украинские граждане убивают других украинских граждан.

За какие такие ценности? За что революционер Ваня из-под Днепропетровска лишает жизни контрреволюционерку Машу из Донецка?

Или почему революционер Саша из Хмельницкого дает команду применить РСЗО «Град» по контрреволюционеру Мише из деревни под Луганском?

И, чтя какие вековые традиции, революционеры Вася, Петя и Слава замордовали контрреволюционерок Наташу, Олю и Свету?

Ответы на эти вопросы украинец мог искать и находить только в мире, который перевернут.

Думая при этом, что все на своих местах. Голова – там, где она должна быть, задница – тоже на положенном месте.

Но на самом деле все давно уже было наоборот.

И, чтобы убедить украинца в обратном, ему подсунули вышиванку.

На блузе, на рубахе, на носках, на пеленках младенцев, на обложке паспорта и даже на трусах. В вышиванках маршируют и орут: «Смерть врагам!»

Везде, куда ни глянь, – вышиванки, вышиванки, вышиванки, призванные доказать украинцу, что перевернутый мир и есть настоящий.

Что война революционеров с контрреволюционерами – это битва за сохранение украинских вековых традиций.

И никого уже не удивляет, что во главе этой битвы сплошь и рядом стоят клоуны, фрики, геи, нацисты, садисты и просто сумасшедшие.

Ведь в перевернутом мире любая ненормальность – норма:  и сумасшествие, и садизм, и нацизм, и нетрадиционная ориентация… 

Совершенно нормально и естественно воровать миллиарды из бюджета, предназначенные для армии, и ввергать украинцев в вышиванках в истерическую кампанию сбора средств на покупку бронежилетов, хотя подчас от бойца в самом хорошем бронежилете на поле боя остается лишь этот самый бронежилет.

Совершенно нормально принудительно мобилизовывать сельских хлопцев на войну под видом добровольцев, а потом писать им в справках о причине смерти: «дорожно-транспортное происшествие» или «бытовая драка» —  и не платить никаких пособий   семьям. Совершенно нормально перемолоть в «котлах» тысячи жизней молодых мужчин и смущенно простить себе это.

Таковы законы перевернутого мира.

В котором вышиванка – это симулякр.

В котором украинец – воинствующий революционер, который готов жечь, бить, убивать контрреволюционеров – сограждан, земляков, соседей по лестничной площадке.

За симулякры. За химеры. За фантомы.

За вышитую оболочку, под которой уже ничего нет.

Ни традиций. Ни ценностей.

Только мрачная черная пустота.

публицист, блогер

Похожие материалы

Крематорские «люди-невидимки» - такие же невидимые существа: их делает видимой культура, которая...

Те, кто не видит разницы между детской фотографией и детской порнографией, не увидят разницы и...

Пока наши граждане проголосовали за тех, кто обеспечивает повседневную жизнь государства. Потому...