Календарь продолжает услужливо поставлять нам информационные поводы и поводы для общественно-политических дискуссий. 2016 особо богат в этом отношении. Двадцать пять лет назад прекратил свое существование Советский Союз. Весь год мы будем день за днем вспоминать о том, как мы падали в эту пропасть. Ровно так в прошлом году мы вспоминали вехи Победы. Вещи зеркальные: в 45-м наши деды отстояли свою страну, превратив ее заодно в сверхдержаву; в 91-м наше поколение страну профукало.

Четверть века — особый срок. Выросли уже наши дети, вступили во взрослую жизнь, рожают нам внуков и сидят рядом с нами в социальных сетях. Но вряд ли нас пригласят в школу, чтобы мы рассказали о своем славном пути. Ветераны-то из нас так себе. Мы — поколение проигравших.

У победы много отцов, а поражение всегда сирота. Даже Михаил Сергеевич Горбачев, которому вот только что исполнилось 85, категорически не желает признавать отцовство. Он-то боролся за Союз, оказывается, а злой Ельцин подставил ему подножку. Ах, если бы не это! Ах, если бы вовремя отослали Бориса Николаевича послом в Парагвай!

Но никто никого никуда не отослал. Поэтому в эти дни у нас обсуждают Всесоюзный референдум о сохранении СССР 17 марта — первый и последний референдум, прошедший на территории нашего бывшего социалистического отечества. Он же — последнее наше оправдание. Народ, мол, в большинстве был за сохранение страны, а вот элиты народ предали и положили на результаты референдума с прибором.

Однако же наши оппоненты на это отвечают, что в августе 91-го люди сопротивлялись ГКЧП, а в декабре того же года никто отстаивать Советский Союз не вышел.

Аргументы «за» и аргументы «против» мы изучили досконально, и продолжаем прокручивать их раз за разом, словно шахматную партию, разобранную специалистами уже сто тысяч раз, но так и не понятую.

Почему это важно? Потому что наша либеральная общественность продолжает убеждать нас, что распад великой страны был предопределен. Есть, дескать, объективные законы истории, объективные законы экономики, такие же равнодушные и неумолимые, как и законы физики. Как вы не крутитесь, а невидимая рука рынка рано или поздно удушит любую империю. Есть в таких рассуждениях некий холодный и бесчеловечный детерминизм, отрицающий свободу воли как отдельного гражданина, так и целой нации, обесценивающий все. Гитлер и нацисты все равно бы проиграли — исторически, так и для чего было сопротивляться и держать ту же блокаду? Зря только люди погибли. Оно бы и само все потом сложилось. И к чему жалеть утраченную державу — она бы все равно упокоилась, если не в 91-м, то в 95-м. Любой разбор полетов пресекает одна фраза: «У истории нет сослагательного наклонения». Ну, тогда зачем мы катастрофы, к примеру, расследуем? Самолет уже упал, погибли все пассажиры, их не вернешь, зачем тратить деньги — объективные законы таковы, что именно этот самолет должен был упасть, смиритесь перед фатумом и пошли дальше. Другие самолеты не падают, потому что они правильные, а этот был неправильный — вот и ответ.

Однако же, не выяснив, почему наша с вами страна ушла в пике, мы не поймем, как избегать подобных ситуаций в будущем. Что это было: дефект конструкции? Износ несущих частей? Фатальная ошибка экипажа? Трагическое сочетание всех этих факторов?

Какие-то вещи понятны уже сейчас. Проигрывать в современном мире весело и просто. Никакого напряжения. «Все вокруг как будто «за», и смотрят преданно в глаза, и хором воздают тебе хвалу», — как пел Городницкий. И он же дальше: «А ты — добыча для ворон, и дом твой пуст и разорен».

Мировое сообщество с радостью признало распад СССР и воссоединение Германии. Никаких не потребовалось долгих споров, ничего. Когда немцы воссоединяются — это прекрасно, и столь же прекрасно, когда разделяются русские.

То, что именно в эти же дни у нас отмечают и другую годовщину — годовщину воссоединения с Крымом — отчетливо показывает нам, что «цивилизованный мир» в нас приветствует, а что — осуждает. Бескровное возвращение небольшого полуострова в соответствии с волей практически всех его жителей в Россию — это ужас, агрессия, аннексия, оккупация. Словом, полный кошмар и бесчеловечное нарушение международного права. Но мы уже прекрасно знаем, что если мы вдруг ослабнем и т.н. «международное сообщество» преподнесет Крым обратно Украине, то это будет признано всеми основными игроками как восстановление справедливости, что бы при этом не происходило на полуострове. Да хоть в баржах жителей начнут топить — все зевнут и отвернутся. А у кого-то есть сомнения?

Поэтому нам все равно придется расставить все точки над 91-м годом. Хотя это и не так просто сделать. Сейчас вместе собираются люди, которые на тот момент бок о бок стояли на трибунах, но и в них нет никакого согласия. Результаты всесоюзного референдума бьют результатами референдумов, которые проходили в республиках. Да и с референдумом 17 марта нет никакой ясности. А чего хотели люди, которые голосовали? Сохранения социализма? Возврата к Российской Империи? Переучреждения страны? Каждый теперь может выворачивать в ту сторону, которая ему приятнее.

реф

Некоторые события давно превратились в миф. «Народ вышел на улицы и защитил свой выбор от ГКЧП. Народ не вышел на улицы и не защитил СССР». Печаль здесь в том, что никакой народ никогда сам по себе на улицы не выходит. Нужны действующие структуры, нужны лидеры, нужна мобилизованная часть. Сопротивление ГКЧП возглавил легитимный и на тот момент весьма популярный президент России. У различных структур, включая силовиков, был вполне осознанный выбор. Тем более, люди, которые вышли на улицы, отстаивали закон и требовали возвращения законного президента СССР.

В декабре 91-го возглавить протест против распада страны было просто некому. Горбачев не стал сопротивляться, да и его рейтинги не могли бы обеспечить ему успех. Огромное количество людей просто не осознало, что мы теряем страну. Ну, был СССР. Теперь, вот, СНГ — какая разница? Просто государство переучреждено на иных — конфедеративных — основаниях. Еще немного, и тут будет огромная Швейцария.

Через двадцать пять лет Россия, несмотря на все элементы выздоровления, не избавилась от многих рисков. Прежде всего, у нас существует единая вертикаль власти и нет никаких дублирующих защитных систем. Более того, государство отчетливо препятствует их созданию. Летим на одном двигателе, если он откажет, так ведь и грохнемся. С другой стороны, не совсем понятно, как дублирующие системы создавать, чтобы они не начали конфликтовать сразу же с основной. Ведь именно конфликт российских структур с федеральным центром в конечном итоге и привел к гибели Советский Союз.

Есть и еще одна проблема. У нас до сих пор не выработана даже методология обсуждения исторических событий, которая влекла бы за собой практические выводы как для общества, так и для Кремля. И беседы по принципу «народ проголосовал, а его кинули» — «народ не вышел, всем было плевать» ни к чему не ведут.

Что хорошо для телешоу, никак не пригодно для политической реальности. Что еще хуже — если отдельные представители нашей власти начнут принимать решения, отталкиваясь от тех дискуссий, которые они сами ведут в телевизоре.

публицист

Похожие материалы

«Обитаемый остров» братьев Стругацких и Федора Бондарчука (Фрагмент книги «Перестройка-2. Опыт...

В России революция случилась, когда на фронте дела шли не так уж плохо, а, вполне вероятно, вообще...

В лице А. И. Кошелева мы имеем пример представителя эволюционного и творческого консерватизма,...